Бодрыми шагами Леонардо приблизился к братьям, буквально влетая на кухню. Он выглядел слегка обескураженным, и даже Майки мог разглядеть в ледяных глазах брата недовольство.
— Никто не видел Рафа? — спросил Леонардо у присутствующих, но те лишь отрицательно покачали головой, на что лидер только недовольно выдохнул.
— Он же сказал, что вернётся в логово сам, — снова зевая, вяло ответил Майки, потянувшись за кружкой к верхней полке. — Может, он ещё спит? Завидую ему сейчас…
— Я проверял, его нет в комнате, — негодующе качая головой, сказал Леонардо, и хотел снова обойти логово, чтобы проверить, нет ли где брата, но треск бьющейся посуды его задержал. Микеланджело упал на колени над разбитой кружкой и обхватил ладонями лицо, в ужасе округляя глаза.
— Ой-ё-ёй, — завопил черепашка, качаясь из стороны в сторону.
— Что случилось? — спросил Леонардо, подойдя к брату. Встревоженный Донателло приподнялся со своего места, чтобы узнать, в чём причина паники. И увидев эту причину, оба старших брата испуганно переглянулись.
— Я разбил любимую кружку Рафа! Он меня убьёт!..
Микеланджело жалобно взглянул на братьев, будто уже заранее умолял о защите. Донателло с умным видом поправил очки, пожимая плечами, а Леонардо состроил сожалеющую гримасу. За спиной послышались бодрые шаги и весёлый свист.
Рафаэль прошёл мимо братьев, оживлённо подёргивая плечами во время ходьбы, и казалось, словно он пританцовывает. Черепашка будто и не заметил своих родственников, направляясь к себе в комнату, а Микеланджело тем временем истерично загребал руками осколки, чтобы замести следы.
— Раф, — окликнул старшего брата спокойным тоном голоса, и тот резко развернулся на сто восемьдесят, удивлённо приподнимая брови.
— Уже проснулись, что ли? — казалось бы, в своей привычной манере буркнул Рафаэль, но скрыть приподнятого настроения не мог. Он поднялся к остальным в кухню.
— Ты где был? — Леонардо скрестил руки на груди, ожидая ответа, на что Раф только фыркнул. — Солнце уже давно взошло, а ты ходишь где-то. А если…
— Оставь нотации, Лео. Не порть настроение. Я знаю правила, никто меня не видел, так что остынь, бро.
Леонардо скептически сощурил глаза, ожидая немного иную реакцию на свою очередную лекцию о безопасности. Майки всё так же продолжал собирать осколки, но уже более осторожно и тихо, моля, чтобы Рафаэль не застукал его за этим делом.
— А это чё у вас? — головой кивнул вошедший в сторону младшего брата и сделал к нему несколько шагов. Микеланджело бросил осколки обратно на пол и отскочил от них, закрываясь рукой.
— Только не бей, только не бей, — залепетал он, пятясь назад. Рафаэль озадаченно посмотрел на пол и спросил:
— С чего бы?
— Ну, я разбил кружку, — сглотнув, сказал Майки и поднялся на ноги, ожидая ответной реакции.
— Не поранился? — неожиданный вопрос от Рафаэля заставил младшего округлить глаза до такой степени, что они чуть не вылезли из орбит. С чего бы Раф спрашивал о таком? В ответ черепашка только отрицательно покачал головой, быстро моргая. Рафаэль стукнул брата по плечу, одобрительно улыбаясь. — Вот и хорошо.
— Но… — продолжил Майки, хотя понимал, что любое лишнее слово может в корне изменить ситуацию. Но почему-то ему хотелось подчеркнуть важную деталь, будто резко взыграла совесть. — Это была твоя любимая кружка…
Микеланджело раскрыл ладони и развёл их в стороны, застыв в непонимающем жесте. Рафаэль искренне усмехнулся в ответ.
— Это просто посуда, Майки, — снисходительно подметил старший брат, указывая, что стоит выше этого. — Ты что, так боялся из-за разбитой кружки?
Микеланджело неоднозначно пожал плечами, не зная, что ответить.
— Да ничего я не боялся! Просто…
— Да ладно, — засмеялся Раф. — А ну-ка, иди сюда, — он схватил Майки за шею и зажал голову рукой, кулаком сильно потирая его макушку. Черепашка стал сопротивляться, пытаясь выбраться из стальной хватки брата, протестующе на него крича.
Донателло и Леонардо, молча наблюдающие за потасовкой братьев, переглянулись, мигая глазами. Донни повёл плечами и хитро улыбнулся.
— Теперь не трудно догадаться, где он был, — усаживаясь обратно на стул, сказал черепашка в очках, разглядывая содержимое кружки. Леонардо устало вздохнул, подходя ближе к брату, и неодобрительно покачал головой.
— Это меня и беспокоит…
— Что? — Донателло нахмурился, пытаясь понять Лео. — Тебя смущает, что у Рафа появилась подружка, которая не боится и принимает такое… уродство? Это попахивает завистью.
— О чём ты говоришь? — фыркнул Леонардо, сев рядом на стул. — Я думаю о том, что будет дальше. К чему это приведёт? Думаешь, что они поженятся, нарожают детей и будут жить до самой старости, чтобы умереть в один день? Мы не из её мира, мы другие. И никогда не станем такими, как люди. Я вижу, как она влияет на Рафа. И как бы потом не стало хуже.
— И как же она на меня влияет, а? — вдруг возникший сзади голос заставил Донни подпрыгнуть от неожиданности. — Ты вечно любишь диктовать свои условия. Сделай одолжение: избавь меня от своих нравоучений и нотаций на этот раз.
