– Я предпочла бы написать его сама, спасибо.
– О нет, нет, нет. Здесь никогда ничего не происходит, и вдруг появляется тень, которая хочет отправить сообщение боссу? Не может быть и речи о том, чтобы это прошло мимо нас. И тебе очень повезло, знай это. Тени не имеют права пользоваться пневматическими трубами.
– Замолчи и дай ей сказать! – раздраженно говорит вторая.
Они обмениваются злобными взглядами и резкими словами. Пытаюсь понять, что я на самом деле хочу сказать Гермесу при свидетелях. Что скучаю по нему? Что хотела бы увидеть его и поговорить? Что мы, возможно, совершаем глупость? Что, если у меня осталось всего девять ночей, я бы хотела провести их с ним? Я испытываю гнев из-за его отсутствия и нетерпение по поводу его возвращения. Убеждаю себя, что мне все приснилось и я неправильно поняла то, что он сказал во дворце. В любом случае могу попросить его вернуться, чтобы мы могли все уладить, я могла поделиться с ним сомнениями и дать ему шанс начать жить дальше. Это разобьет мне сердце, но я не смогу его винить.
Когда поднимаю голову, богини уже сцепились: первая держит вторую за горло, вторая дергает третью за волосы, а третья обхватила локтем шею первой.
– Прекратите! – кричу я, вкладывая магию в голос.
Они тут же останавливаются, удивленные тем, что повиновались мне.
– Ведьма, – осознает первая.
– Я без колебаний сделаю это снова, – предупреждаю я.
– Хорошо, – уступает она, поднимая руки. – Я слушаю твое сообщение.
Делаю глубокий вдох и выдох.
– «Вернись, нам нужно поговорить», – диктую, пока мой голос не сорвался.
Что еще добавить? Что не вызывает подозрений? И в то же время, по какому праву требую этого от него? Ведь он только что написал мне, что у него неприятности. Что я действительно хочу сказать, так это «Вернись, я скучаю по тебе», но не хочу, чтобы гадюки передо мной знали об этом.
– У босса проблееееемы, – протяжно говорит третья, в то время как двое других стискивают зубы, чтобы не рассмеяться.
– Я еще не закончила, хм, добавьте: «Мне нужен совет психопомпа. У меня осталось не так много времени».
Вторая закатывает красные глаза.
– Он снова кого-то соблазнил и бросил, – бормочет она.
– Подпишите «Цирцея». Спасибо.
Первая продолжает язвительно улыбаться, пока заворачивает открытку в другой лист, на котором указала имя Гермеса. Она засовывает сверток в капсулу и закрывает ее.
– Почему почта в таком запущенном состоянии? – спрашиваю, уязвленная многочисленными критическими замечаниями, высказанными в адрес бога-посланника.
– Судьба, – хором отвечают они.
Судьба – заноза в заднице.
– С тебя обол, – объявляет первая, держа запечатанную капсулу в руке.
Выпрямляюсь, возмущенная.
– Что? Почему? Никто никогда не платил за использование пневматических труб!
На лицах богинь сияющие улыбки. Чувствую, как их возбуждение нарастает от одной только перспективы, что они смогут начать конфликт.
– А ты где, по твоему мнению, находишься?
– Ты это серьезно?
– Оглянись!
– Ты знаешь, кто создал эту службу?
– Гермес! Помнишь? Бог торговли…
– …и воров!
– Ну же, давай обол. Не заставляй нас терять время!
– Если у тебя нет денег – проваливай и…
Удар руки о столешницу заставляет вздрогнуть меня и богинь.
– Вот ваш обол, – рычит голос Немезиды. – Отправьте сообщение, быстро.
Мои собеседницы становятся покорными, как ягнята. Я бы даже сказала, что они широко раскрывают глаза в благоговении перед богиней возмездия. Они берут обол и отправляют капсулу в штаб-квартиру олимпийцев на Земле, осыпая комплиментами Немезиду, которая все еще не смотрит них.
– Спасибо, Великая Немезида!
– Тебе здесь рады, Величественная Немезида!
– Навещай нас почаще, Ужасная Немезида!
Бегу за ней, слыша, как богини возобновляют спор о кофе. Немезида напряжена, но замедлила шаг, чтобы дождаться меня.
– Вот что значит доверить почтовую службу Диспутам. Никто не хочет иметь с ними дело.
Охотно в это верю и понимаю, почему это место кажется заброшенным. О чем вообще думал этот гений коммерции?
– Я никому не скажу, что, несмотря на запрет, ты отправила капсулу.
Немезида не говорит, чего хочет взамен, но для меня это звучит как заявление, сделанное при определенных условиях. До сих пор не могу понять ее характер. Возможно, этот диалог – открытая дверь к искреннему разговору.
– Почему ты так обижена на Гермеса?
– Ни один Олимпиец не заслуживает доверия, – ворчит она. – И уже тем более любимый сын Зевса. Гермес бросил нас, как и тебя.
Я не хочу соглашаться, однако должна признаться, что начинаю сомневаться. Здесь все единодушны в том, что Гермесу нельзя доверять. И правда в том, что я тоже так думала, пока он не убедил меня в обратном. Почему я ему верю? Чтобы убедить себя саму?
– Твоя магия не может распознавать ложь? – спрашивает Немезида, бросая на меня косой взгляд.
– Я не использую способности для этого.
– Если тот факт, что он украл стадо коров и манипулировал сводным братом Аполлоном, тебя не убеждает, стоит подумать о заклинании, чтобы узнать правду.
Хуже всего то, что она может быть права. Существует ли заклинание, чтобы узнать Гермеса?
