Сходство во всем, что касается физических аспектов существования, не так опасно, как единообразие в мыслях и суждениях. И все же именно к тому нас неизбежно толкают современные изобретения. Производство, когда оно однородно и массово, обходится гораздо дешевле производства, рассредоточенного по разным местам. Это в равной степени относится к производству и булавок, и мнений. В роли основных источников последних в наши дни выступают школы, церкви, пресса, радио и кино. Под влиянием новых инструментов все больше стандартизируется преподавание в начальных школах. Осмелюсь предположить, что совсем скоро неотъемлемой частью школьной программы станут радио и кино. Учебные материалы начнут создаваться централизованно, штамповаться и распределяться по школам. Я уже слышал об американских церквях, которые каждую неделю рассылают типовую проповедь своим менее образованным представителям – те, естественно, только и рады, что им больше не приходится сочинять самим. Типовая проповедь, вне всяких сомнений, составлена на злобу дня с целью вызвать определенный отклик в массах на просторах необъятной страны. Тексты рецензий на мои книги, за исключением горстки лучших газет, слово в слово повторяются от Нью-Йорка до Сан-Франциско и от Мэна до Техаса. Единственное различие: по мере продвижения с северо-востока на юго-запад они заметно укорачиваются.
Пожалуй, главная движущая сила единообразия в современном мире – это кинематограф, поскольку его влияние не ограничивается одной лишь Америкой, а распространяется на все страны (кроме Советского Союза, который, впрочем, успешно насаждает единообразие собственного производства). Кино, в широком смысле слова, воплощает мнение Голливуда о вкусах на Среднем Западе. Там составляют рецепт, по которому маринуются и стандартизируются наши представления о любви, браке, рождении и смерти. Молодое поколение всего мира воспринимает Голливуд, с его демонстрацией богатства и удовольствий, которые могут себе позволить богачи, в качества образца для подражания. Я не удивлюсь, если звуковой кинематограф очень скоро приведет к тому, что все заговорят на одном универсальном языке – языке Голливуда.
Одинаковость преобладает не только в сравнительно невежественных уголках Америки. Она присутствует, хотя и в несколько меньшей степени, и среди просвещенного населения. В какой бы книжный магазин я ни зашел, везде выставлены одни и те же бестселлеры. Читающие американки, насколько я понял, каждый год покупают с дюжину книг – одинаковую по всей стране; на редкость удачный расклад для писателя, попавшего в эту выборку. Их ситуация сильно отличается от европейской – у нас, как правило, продается больше разнообразных книг, но каждая – в меньших количествах.
О стремлении к однообразию не стоит думать как о явлении сугубо позитивном или сугубо негативном. В нем есть и большие плюсы, и большие минусы. Главный плюс, безусловно, в культивировании населения, способного к дружественному сотрудничеству, а главный минус в том, что однородная среда способствует подавлению меньшинств. Однако если предполагается, что меньшинства просуществуют недолго, недостаток этот лишь временный. Многое зависит, разумеется, от того, какими методами достигается единообразие.
Посмотрим, например, к чему привели школы в южной Италии. На протяжении истории южные итальянцы славились склонностью к убийствам и взяточничеству, а также тонким чувством прекрасного. Государственная образовательная система успешно излечила их от последнего, уподобив коренным жителям Америки, зато в отношении двух других национальных особенностей, по моим сведениям, школы преуспели заметно меньше. Налицо опасность единообразия как цели: хорошие качества куда легче истребить, чем дурные, отчего уравниловки, как правило, проще добиться, понизив планку.
Понятно, что в стране с большим притоком иностранцев школам приходится иметь дело с детьми иммигрантов, и тут без определенной степени американизации не обойтись. Жаль только, что ассимиляция по большей части происходит за счет вопиющего национализма. США уже самая мощная мировая держава, и ее господство постоянно усиливается. Этот факт, естественно, вызывает страхи в Европе, и любой намек на военизированный национализм страхи только усугубляет. Возможно, миссия американцев – научить Европу политическому здравомыслию, вот только боюсь, ученик окажется не особо податливым.
