– Посмертно, – с такой вот жизнеутверждающей лёгкостью присоединился к разговору подошедший к нам Паламарчук. Он хитро щурился и ехидно улыбался.
– И ордена Сутулова с закруткой на спине, – в тон ему хмыкнул я. Он был прав, и хотя ещё не факт, что чехи нас задавили бы, но без значительных потерь не обошлось бы, это точно. Впрочем, если засесть там на одной сопочке, вернее, в начале небольшого хребта, можно было повоевать и неплохо так повоевать! При удачно сложившихся обстоятельствах наваляли б мы их… А уж задержали бы без вариантов, а там бы и матушка-пехота подтянулась. Кстати говоря, а где она была всю ночь? Там же, где и мы – в неведении? Интересно девки пляшут. Неладно что-то в королевстве нашем…
– Ладно, пойду, потребую дальнейших распоряжений, – Гордеев подхватил автомат, поднялся на ноги и, поясняя свою мысль, добавил: – По уму ещё можно попытаться кого-то из них на отходе перехватить.
– Ну да, если рвануть в темпе на юго-запад, – с мыслью ротного было трудно не согласиться. Не знаю, кто как, а я лично был за то, чтобы немного пощипать чехам пёрышки.
Впрочем, к засевшим в кустах радистам мы отправились все трое.
Добиться чего-либо вразумительного по поводу наших дальнейших действий удалось далеко не сразу. С дежурным радистом трепались ни о чём довольно долго. Но, в конце концов, у Вадима получилось достучаться до комбата.
– Наши дальнейшие действия? – без обиняков спросил он вышедшего на связь Шипунова.
– Двигаетесь по прямой в квадрат… Там устраиваете засаду и ждёте указаний. Идти – никуда не сворачивать. Над лесом будут работать вертушки. Как понял? Приём, – похоже, ответ для нас у него был продуман заранее.
– Понял тебя, конец связи, – и, отдав гарнитуру радисту, ротный сразу потянулся к запрятанной в разгрузку карте местности. Я полез за своей. Мне тоже не терпелось проверить, правильно ли я сориентировался, представляя направление нашего дальнейшего движения. Оказалось, правильно – вектор нашего будущего пути указывал строго на юг.
– Хм, – искренне удивился заглядывающий мне через плечо Паламарчук. Вадим же, видимо тоже успевший разобраться с направлением, пока помалкивал. А солнышко, строго зная своё дело, уже поднялось над лесом, осыпая нас своими пока ещё бледными утренними лучами.
– Похоже, комбат нас не желает в это дело втравливать, – из поставленной задачи напрашивался именно такой вывод. Ротный посмотрел на меня и, не торопясь, свернул и убрал карту. Игорь Паламарчук отломил веточку орешника и начал ковырять в зубах.
– Подставить боится, – наконец высказался он.
– Угу, – задумчиво согласился Вадим с озвученными нами мыслями. – Короче, братцы, кончаем трепаться, собираемся и топаем. Аля – улю, гони гусей. И пофиг. В конце концов, нам что, больше всех надо? – несмотря на показное безразличие, мне вдруг стало понятно, что он всерьёз начал переживать об упущенной в ночи возможности. Причин бить чехов всегда и везде у него всё ещё оставалось предостаточно.
– Иванов, – я негромко окликнул прикорнувшего под кустом второго радиста, – давай по тройкам, через пятнадцать минут начинаем движение. И Тулина ко мне.
– Есть, тарщ прапорщик! – легко проснувшись, Иванов вскочил на ноги, взял свой автомат и отправился выполнять моё поручение.
– Я тоже пойду, – Паламарчук развернулся и пошагал к своей группе, находившейся с северной части хребта.
Само расположение наших групп подсказывало, что первым придётся идти нам и соответственно Тулину, собственно, для этого я его и вызвал, но ротный решил по – своему.
– Игорь, – окликнул он уходящего капитана, – твои идут первыми.
– У йес, – подтвердил получение приказа Паламарчук и, не оборачиваясь, пошёл дальше. Мне ничего не оставалось, как отослать прибывшего за получением указаний Тулина обратно к его тройке.
Мы начали сборы, и через пятнадцать минут сквозь наши боевые порядки потянулась длинная вереница Паламарчуковских разведчиков.
Едва ли наше движение по прямой можно было назвать ведением разведки. Хребет, по которому мы топали, был давно и надёжно изучен, к тому же по имеющимся (в том числе и последним) сведениям мин на нём – ни чеховских, ни наших отродясь не было, так что чувствовали мы себя в относительной безопасности. Вероятность встречи с отходящим противником тоже была не велика, а с учётом удерживаемого нами курса и вовсе уходила в минус бесконечность. Если наши пути и могли пересечься, то только в какой – либо неизвестной точке – а это как место встречи двух бесконечных прямых – они бесконечны, а точка пересечения одна, махонькая… В общем, точка она точка и есть.
До требуемого квадрата мы дошли довольно быстро.
– Чи, – донесшееся до меня сзади заставило обернуться. – «Командиров групп к командиру», – показал знаками шедший позади меня Каюмов. Я кивнул и остановил двигавшегося чуть впереди Кашкина.
– Чи, – «командира группы сюда», – после чего развернулся и оказался лицом к лицу с подошедшим ротным.
