Я была чужой среди них. Это стало ясно сразу по напряженному блеску в глазах, по настороженности, спрятавшейся в уголках губ. А чего было еще ждать? Эти эфларцы не доверяют нам и правильно делают. Так что остается просто сидеть и время от времени кивать в такт общей беседе.
Комната Фэша встретила нас запустелым молчанием. Тут даже часы остановились, а на полках и статуэтках серебрилась пыль. Я скосила взгляд на Василису, вот уж кому не позавидуешь. Запустение приносит куда больше печали, если ты помнишь разрушенный порядок.
— Значит, ты как бы на нашей стороне? — в лоб спросил смуглый парень — Ник, тут же вспомнила я. Диана недовольно прищурилась от такой бестактности, ну да здесь тебе не королевский двор.
— В силу своих возможностей.
— Это ни о чем не говорит, как мы можем доверять тебе? — продолжал горячиться он.
— Я ей доверяю, — Огнева гневно сверкнула глазами, — и не надо кричать на Вель.
— Да вы оба кричите, — спокойно заметила фея, — и, не хочу показаться подозрительной, но зачем ученице Астрогора ввязываться в чужие проблемы?
— Я тоже… — начала было Захарра, но Маар мягко прервал ее, положив руку на плечо.
Все смотрели на меня. Надо было сказать что-то. И этим «чем-то» была правда.
— Потому что Астрагор виновен в разрушении моей семьи, потому что мой отец всю жизнь отдал Ордену, а в конец Астрагор исковеркал его параллель, — я перевела дыхание, чувствуя, как в горле собирается ком. — И потому что я хочу жить с близким человеком, не видя в кошмарах его лицо с черными глазами. Теперь ваши проблемы не кажутся такими далекими от меня?
Диана потупила взор, да и все остальные притихли. Мои слова все еще ощущалась в воздухе и их отголоски таяли в мыслях эфларцев. Василиса одна смело взглянула на меня, и впервые ее лицо показалось не по-детски жестким.
— Мы очень похожи, Вель. Как и наши судьбы, — тихо произнесла она, — мои родители тоже были обмануты Духом, а позже из-за него погибла мама. Астрагор считает себя в праве ломать других и забирать власть над ними. Но любое заблуждение когда-нибудь развеется.
А между тем учитель продолжает «заблуждаться» вот уже тысячу лет, меняются только желающие его «разубедить», грустно подумала я.
— Так, давайте-ка попробуем эти замечательные шоколадные конфеты, — Захарра прервала угнетающую тишину и потянулась к атласной коробке, принесенной Дианой, — чур, я беру ореховую.
— Эти конфеты делаются в Чародоле вот уже больше трех веков, и в них используется двенадцать видов шоколада, каждый из которого был сварен в определенном времени…
Мне было плевать, какие сладости лепят в Чародоле. Как никогда захотелось плюнуть на все и сказать Огневой: убирайся, глупая! Здесь ты найдешь лишь смерть. Но через силу я запихнула в рот одну из конфет, даже не почувствовав вкуса.
— Кстати, Вель, ты же хотела позвать Резникову? — Захарра аккуратно сложила обертку и посмотрела на меня. — И откуда ты решила, что она нам поможет?
— Ну, мне Рэт сказал, — честно призналась я, — вроде, у них был с ней какой-то договор.
— Еще один Драгоций, — фыркнул Маар, — Рэт это тот, кучерявый, что стоял в первом ряду и погано ухмылялся каждому слову Астрагора?
Почему-то его слова не на шутку меня задели. Как этот ключник мог, так пренебрежительно отзываться о Рэте? Да услышь он его, все крылья бы обломал!
— А еще он старший ученик, мастер часодейства и участник экспедиции в Расколотый замок, но это так, к слову.
— И Вель время от времени с ним целуется, — ехидно закончила Захарра. Вот мара, пусть только посмотрит на кого-нибудь… Тогда припомню ей все-все шуточки.
— Мое величайшее достижение. Спасибо, что не устаешь трезвонить о нем. Но, в общем, что вы теряете? Признаю, по милому голоску Резниковой сложно соскучиться, но перетерпеть его каждому под силу.
— А ты, Захарра, случаем еще не нашла кого-нибудь из старших? — все никак не унимался Маар, ухмыляясь Драгоций, — вижу у вас они нарасхват.
В комнате назревала буря.
— Я не против повидаться с Маришкой, — попыталась сменить тему Диана.
Маар уже открыл было рот, но Василиса ловко засунула туда конфету, даже не дав парню шанса высказаться. Я кивнула и начала выстраивать часовой переход.
Ждать почти не пришлось, и уже через пару минут в зеркальной глади возник силуэт. Маришка изящно расправила черное вечернее платье, переступая через раму. Я отметила, что черный ей к лицу, хотя обычно блондинки стараются избегать его.
— Вижу все в сборе, прекрасно, — нараспев произнесла она. — Тебя уже посвятили в дружную команду? Хотя, мне, в общем-то, плевать.
После этого Резникова рассказала нам, как под указами Астрагора заперла Фэша в пустоте. Хотя тогда она считала, что избавляет мир от эррантии. При упоминании последний мне стало нехорошо, все-таки иметь личного двойника то еще веселье.
— Это и был ФЭШ! — Василиса разгневанно свела брови, — ты заперла в пустоте ЕГО, а не эррантию.
— Не перебивай меня, — холодно осадила ее Маришка, — а то не ручаюсь, что мне хватит терпения дорассказать все.
— Но ты ведь пыталась его освободить? — вкрадчивым тоном спросила Захарра.
