— Извини, но аппарировать я еще не готова, — кокетливо заявила она. — У тебя еще мало опыта, и я не хочу, чтобы меня расщепило. Или ты по другому вопросу?
Альбус замялся, и она сама все поняла.
— Камилла. Не отрицай, надо быть слепоглухонемым, чтобы не заметить, что ты ею увлекся. У меня для тебя, прежде всего, хорошие новости. Она тоже к тебе неравнодушна.
Альбус словно выпил чего-то теплого; глаза его расширились от радости.
— Правда?
— Да, — хихикнула Викки. — Луиза Монтегю жаловалась Горацию: мол, если этот медведь — то есть ты — так пугает Камиллу, то что же она, когда он отвернется, не сводит с него глаз? В общем, Альбус, ты близок к цели, но мне кажется, она ждет от тебя решительных шагов.
Стало так любопытно, что он почувствовал, как мышцы напрягаются, словно перед рывком вперед.
— Камилла — существо забитое, но при этом романтичное. Наверняка мечтает о принце на белом коне, который вырвал бы ее из рук тиранящей ее матери. Надо только убедить ее, что именно ты сможешь это сделать. Порази ее. Ошеломи чем-нибудь. Ты слишком мягко себя ведешь, а такие девицы любят натиск, — у Викки заблестели глаза. — Словом, надо брать штурмом. А уж как именно, решать тебе, — она блеснула зубами. — Выбор у тебя богатый.
…Решение, как часто бывает, пришло в голову само. Один раз Альбус взглянул в окно на Астрономическую башню, вспомнил ощущение полета на первом курсе, приготовил метлу, а дальше надо было только дождаться подходящего дня — и он наступил. В воскресение, в солнечное и хрустящее от заморозков утро школьники после завтрака высыпали во двор. Альбус, стоя в дверях со своей компанией, заметил среди прочих Камиллу, стоявшую у фонтана рядом с Луизой.
— Наблюдай за ними, — прошептал он Викки. — Если соберутся уходить, задержи как-нибудь.
Она кивнула, замерцав глазами. Альбус, не обращая внимания на удивленные взгляды остальных друзей, бросился к Астрономической башне. На секунду обернувшись, он увидел, что Викки и Клеменси устроили с Луизой и Камиллой шуточную дуэль: они направляли друг на друга струи фонтана, стараясь обрызгать. «Так держать, девчонки, — подумал он. — Только бы успеть…»
Альбус, взбегая по лестнице вверх, даже удивился сам себе — и почему эта мысль не пришла ему в голову раньше? Выйдя на площадку, он зажмурился от солнца, бившего прямо в глаза, и вдохнул свежий воздух. Альбус подошел к краю и бросил метлу около него.
Какое же все было маленькое там, внизу! Его охватил прилив возбуждения, все нервы натянулись в струну — его сжигало предвкушение прыжка и проверка: может ли он, способен ли? Не испугается ли в последний момент?
«Таким я и должен быть, если хочу сделать революцию! Способным пойти на верную смерть, рвануться в самую гущу неприятеля! Если я не пойду вперед первым, тогда кто же пойдет?» — эти мысли обожгли мозг воодушевлением. Он снова мысленно повторил в голове последовательность действий, взмахнул палочкой, выпустив заклинание-хлопушку. Красно-синие искры взметнулись с громким треском. Альбус вгляделся, прищурив глаза, вниз. Она была там! Впервые за все время он почувствовал волнение, тень страха, и тут же погасил ее. Еще один взмах палочкой — и из нее вылетает небольшой букетик полевых цветов. Альбус бросил букет вниз, и в тот же момент, стараясь не думать, рванулся вперед, оттолкнувшись ногой и расправив руки.
Ощущение падения сковало все тело, но в то же время в мозгу засвистела мысль: «Я свободен!»
«Аресто моментум!» — произнес он невербально, и свист ветра в ушах стих, слившийся в одно цветное пятно пейзаж вновь обрел четкость границ.
«Акцио метла!»
Альбус, пикируя вниз, протянул вперед перед собой руку, и через пару секунд, когда земля уже стремительно приближалась, мгновенно увеличивая все перед глазами в размере, его пальцы сжали древко метлы. Ноги обвились вокруг нее, и Альбус дернул метлу вперед и вверх, разметав листья, и со скоростью пули пролетел мимо визжащих девочек.
Букет! Вытянув руку, он одним движением поймал его и, сделав изящную петлю, взял резко вверх, сделал еще одну петлю вокруг зажавшей рот руками Камиллы, подлетел к ней в упор, подхватил на руки, и пронеся ярдов десять над землей, поставил обратно, оставив у нее в руках букет, после чего отбросил метлу в сторону и упал на одно колено.
Сердце билось от восторга, он чувствовал такую легкость, словно мог бы взлететь теперь сам, без метлы, но когда Альбус поднял голову, то увидел, что Камилла, совсем бледная, с расширенными, огромными глазами, покачнувшись, падает навзничь. Альбус, живо подскочив, успел подхватить ее на руки.
Минуту все, кто был во дворе, потрясенно молчали. Потом Ллойд Уизли, Лили Карлайл, Адельстан Хагрид зааплодировали, и вслед за ними — все больше и больше народу; но были те, кто стал свистеть. Он ничего не замечал, глядя лишь на бледное лицо девочки, покуда Луиза не рванулась вперед и не выхватила подругу у Альбуса из рук.
— Сумасшедший! — выпалила она. — А если ты ее этим убил?
