Скворцовский прищурился, чуть подавшись вперед, вперил взгляд пронзительных карих глаз в Баулова.
– В согласии – это хорошо. Только жить мы будем, как в армии полагается, и ты, фраер, меня на понт не бери. Со мной это не проканает. Ты кто по масти, чтобы мне указывать? Я академии проходил, два раза чалился, а ты мне порожняк толкаешь. Здесь фронт, а не «малина». Раз у вас масть легла в разведке служить, значит, придется вам по ее законам жить. Нам бакланы не нужны. По фене тоже лучше не ботать, не все петрят в блатной музыке, а у нас в разведке главное – понимать друг друга, мы тут как одна семья, иначе нельзя.
– Если будете кипешивать, дрейфить и филонить, то спросим, как с гадов, и упаси бог, если между вами крыса заведется. Порешим по-тихому. Здесь это просто делается: в разведку пойдем – и нет крысы, – добавил Авдейкин.
Баулов растянул выпяченные губы в подобие улыбки.
– Да ладно, понял. Вижу, свои вы, не робкого десятка.
Скворцовский кивнул.
– Верно, к нам робких не берут, а своими мы станем, когда в разведку сходим.
– Станем. – Баулов повернулся к Язовских. – Резаный, давай свою фляжку, дальше знакомиться будем, а заодно стиры доставай, покатаем.
Скворцовский остановил:
– Хватит. Хорошего понемногу. Мы пьянство особо не приветствуем и карты тоже. В разведку, как и на дело, надо со светлой головой ходить, да и сейчас усердствовать нежелательно. В дивизии, как и во всей армии, подготовка к наступательным действиям идет, каждый день по десять часов занятия проходят. Учимся прорывать оборону противника, вести траншейный бой, ликвидировать дзоты и доты, преследовать отступающего противника. Опять же новобранцев, таких, как вы, ускоренно обучать надо. У нас, у разведчиков, кроме всего прочего, свои занятия имеются. Обучение наблюдению, проникновению на позиции и в тыл противника, слаживанию групп и подгрупп, взятию контрольных пленных, маскировке и бесшумному передвижению, ведению боя в окружении и рукопашному бою.
Баулов усмехнулся.
– Ну, руками-то мы и так махать умеем.
– Руками махать все умеют. Это в открытом бою, в рукопашной схватке все гоже, бей врага всем, чем можно. Бей ножом, штыком, прикладом, рукой, ногой, головой, кусай, души, царапай, выдавливай глаза, главное, чтобы одолеть врага, а в разведке не все приемы сгодятся, тут особый подход нужен.
Баулов не сдавался:
– Мы и без особых подходов справимся.
Скворцовский ответил коротко:
– Вот завтра мы и посмотрим, на что вы способны.
Следующий день выдался тихим и погожим, но для новобранцев трудным. Обучение продолжалось целый день, а перед закатом старший лейтенант Сучков приказал совершить бросок. Бежать пришлось три километра, а по возвращении на место тренировок командир взвода скомандовал:
– Разбиться по отделениям, начать занятия по рукопашному бою!
Когда Сучков отошел, Баулов, утирая потное лицо, выразил свое недовольство:
– Чего бегаем, от немцев, что ли, тикать учимся?
Скворцовский объяснил:
– Для выносливости. В разведке без нее никуда. Порой и побегать приходится. Ты вон три километра пробежал, а уже запыхался. Что же ты в наступлении делать будешь? Добежишь до вражеских траншей, а с немецким солдатом в рукопашной сойтись у тебя сил не будет.
Баулов вытащил из ножен, висевших с левой стороны на поясном ремне, нож.
– Мне, товарищ младший сержант, сил и не нужно, у меня для этого случая перышко имеется. Чикну, и нет фрица.
– Раз так, представь, что перед тобой вместо меня немец.
– Шутишь, командир, я ведь и царапнуть могу.
– Не бойся, бей по-настоящему.
Баулов хмыкнул и со словами: «Рисковый ты парень», – пошел на Вячеслава, перебрасывая нож из руки в руку. Скворцовский не шевелился, внимательно наблюдая за руками. Когда Баулов оказался от него на расстоянии вытянутой руки, последовал выпад. Противник ударил снизу вверх, и быстро крутанув нож в верхней точке так, чтобы лезвие оказалось с другой стороны, нанес удар сверху. Вячеслав захватил правой рукой вооруженную ножом руку Баулова, потянул ее на себя, нанес левой ногой удар под колено противника. Оказавшись на коленях, Баулов взвыл от примененного Скворцовским болевого приема и выпустил нож. Вячеслав отпустил руку Баулова.
– Языка ты тоже с ножичком брать будешь? А ведь он нужен живым. Так что кое-каким приемам рукопашного боя тебе научиться все-таки придется. – Бросив взгляд на стоящих вокруг них бойцов отделения, скомандовал: – Теперь пополнение! Нападайте все сразу! Деремся по-настоящему! Немцы с вами понарошку схватываться не будут.
Увидев, что сутулый Язовских начал снимать с себя ватник, Скворцовский крикнул:
– Отставить! Перед тем как вступить с противником в рукопашный бой, ты тоже, как перед бабой, начнешь раздеваться?!
