– Нет, Скворцовский, Горбунов не пацан. Он прежде всего боец славной Красной армии, разведчик, а он оказался трусом и паникером! Ты его стишки почитай, которые этот недоумок умудрился на немецких листовках написать. Ты посмотри, о чем этот рифмоплет пишет. Зачем война, зачем кровь? Неужели нельзя всем людям мирно сосуществовать. В стихах солдата должна быть ненависть к врагу, а не сюсюканье и слюнтяйство.

Вячеслав взял одну из листовок, с одной стороны которой сверху крупными печатными буквами было написано: «ПРОПУСК». Дальше следовало обращение к бойцам РККА на русском языке:

«Этот пропуск действителен для неограниченного числа бойцов, командиров и политработников Красной Армии. Германское командование…»

Продолжать чтение немецкой агитки Вячеслав не стал, брезгливо перевернул листовку. На обратной стороне химическим карандашом мелким убористым почерком было написано четверостишье.

В потемках светлячки искрятсяИ светит бледная луна.Мне б на нее полюбоваться,Но некогда – идет война.

Скворцовский положил лист на стол, потер ладонью лоб, тихо выдавил:

– Вот дурак!

– Дурак и не только. За хранение этих бумажек ему придется заплатить дорогую цену. Что самое интересное, Горбунов рассказал, что одну из листовок он дал Баулову. Тот был в наблюдении, когда немцы их разбросали, а потом мы их уничтожили. Как оказалось, не все. Вот Баулов и попросил одну у Горбунова для самокрутки, видимо, он ему и напел, что в наступлении долго не живут. В разведчики, я так думаю, он тоже пошел не зря, а чтобы к немцам уйти. Корешей своих, бывших зэканов Язовских и Жлобина, он к тому же готовил, но что-то у него с ними не срослось. Об этом они сами мне и поведали. Сомнений в том, что Баулов перешел на сторону немцев, у меня нет.

– Почуял, что скоро в наступление идти, можно и погибнуть! Жить хотел, сука! – выругался Скворцовский.

– Он-то, может, и сука, но за него, я полагаю, спросят и с тебя, и с лейтенанта Сучкова, и с капитана Матошина, а ведь Арсения Валерьяновича, насколько мне стало известно, собирались в ближайшее время повысить в звании и перевести в отдел контрразведки Смерш. Так что неприятности на него свалились и по твоей вине. С меня тоже спросят, почему у командира отделения сержанта Скворцовского люди на задании пропадают, и это не в первый раз, а заодно могут поинтересоваться, почему я тебя выгораживаю? Так вот делаю я это не из-за любви к тебе, Скворцовский, а из-за большого уважения к капитану Матошину, которому многим обязан, в том числе и отправкой на фронт. Так что скажи ему спасибо, иначе я бы тебя… – Осипович махнул рукой. – Ладно, иди, если еще понадобишься – вызову, и запомни, коли в этот раз и пронесет, то в следующий раз пощады не жди.

Скворцовский запомнил наставления, которые дал ему перед допросом капитан Арсений Матошин: «Когда-то мой учитель, товарищ Юн Ван, который участвовал в восстании боксеров в Китае и помогал нам бороться с контрреволюцией, говорил, что надо уметь управлять своими чувствами, а еще один мой наставник, казак Егор Анисимович Овчинников, велел терпеть, чтобы стать атаманом. Надеюсь, что ты проявишь терпение и сможешь справиться со своими чувствами». Памятуя о них, он решил промолчать. Видимо, не зря. Фарт и в этот раз был на стороне бывшего осужденного. Взятый разведгруппой унтер-офицер дал ценные сведения, Вячеслав отделался строгим порицанием и был лишен возможности получить заслуженную медаль «За отвагу». На время отклонили присвоение очередного звания и назначения в отдел контрразведки Смерш и капитану Матошину. На этот раз неприятности обошли их стороной. Обошли они и красноармейца Жлобина, а вот Язовских и Горбунова бойцы из Смерша увезли в неизвестном направлении на следующий день после допроса Скворцовского. Позже перед строем был зачитан приказ, который гласил, что они отданы под трибунал…

Войны без беды, как и без смерти, не бывает. Пришла она и за старшим лейтенантом Сучковым. Сведений об огневых точках противника, добытых разведчиками, оказалось крайне мало, так же, как и времени до начала наступления. Поэтому было принято решение провести разведку боем, называемую в армии «разведка смертью», за которую особо ратовал старший лейтенант Сучков. Ему же и пришлось возглавить взвод разведчиков в составе стрелкового батальона под командованием давно знакомого Вячеславу Скворцовскому капитана Терехина, осуществлявшего силовую разведку.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Военные приключения (Вече)

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже