Достаю из кармана очки. Солнце, хоть и утреннее, а всё же вырвалось из-за облаков и теперь бьёт по глазам. Хрустальное здание космопорта, похожее на несколько составленных рядом перевёрнутых графинов, пронизано им насквозь. Может, блондосам и нормально, а нам — нет. Хоть и не Зосма-9, а всё равно, минимум декаду будем привыкать к освещению.
Включаю улыбку. Выхожу из автобуса. Отвешиваю приветственный жест всем встречающим разом, особенно не слишком высокому и ощутимо плотному субьекту с залысинами — знаю по изображениям, это президент республики. Польщены, типа, что сам заявился встречать. Справа от него отсвечивают две бронебойно-нейтральные, но такие внутренне сияющие знакомые рожи — поневоле сияю им в ответ и чувствую то же самое от Беты. Ура, адаптированных прототипов прибавляется! Это позволит слегка затушевать скованность новичков.
— Кочевники приветствуют Новый Давиус, — спокойно, ровно, но при этом достаточно громко, чтобы взяли микрофоны телекамер, сообщаю я. И мысленно добавляю Альфе направленной мыслью, а не через сеть: «Перестраивайтесь на корабельный канал, кодировка по тысяча сто двадцать восьмому протоколу, шифр плавающего типа AK-94-7. У вас всё в порядке?»
«Всё в штатном режиме», — отзывается Альфа уже в общий канал под приветственную речь блондоса. Делаю вид, что слушаю президента, а сама продолжаю:
«Эпсилон — Эдлин. Назначен капитаном «Протона» на эту миссию. Йота — Иалад, канонир и безопасник. Дзета — Зарлан, выполняет твои обязанности, Гамма, а ты переназначен на двигатели, помогать Эте. Эта — Кандо, он остаётся на борту, поскольку непригоден для общения с низшими. Да, и… У Дельты всё в порядке», — надеюсь, они не почувствуют мою маленькую ложь. Потому что я на самом деле не уверена, что с нашим технарём всё хорошо. Но не люблю озвучивать домыслы и непроверенные данные, поэтому даю парням официальную информацию.
Под окончание приветственной речи вижу мелькание знакомой шляпы в задних рядах. И когда успел выбраться из автобуса? Доктор в этой регенерации какой-то уж очень шустрый. То здесь, то там. Бабочка умел находиться везде и сразу, его было ощутимо много. Мистер Зубы предпочитал зафиксироваться на одном месте и с него вещать, выделяясь из любой толпы, как крутящийся во все стороны подъёмный кран, и лишь в крайнем случае совершал радиальные выпады в пределах парочки гравиплатформ, по особому вдохновению. А рыжий лепрехун словно телепортируется, как и положено его мифическому племени. Может, у него и впрямь есть какой-нибудь мини-трансмат, собранный на коленке из жвачки, леденца и трёх де-леров медной проволоки? Я уже почти готова в это поверить.
Хотя, если подумать логически, Хищник уже не нервирует, даже если он и с телепортом. Нервируют торчащие рядом с ним три макушки — две светлые и одна в старой фетровой шляпе. Вот над головами мелькнула рука и переместила шляпу на одну из светлых макушек, чтоб, значит, я точно не ошиблась — блондосы и старатель здесь. А чтоб их в джет… Стоп. Никаких «уничтожить». Даже на Тагена. Никаких «уничтожить» в принципе. Я — посол кочевников, а не Дикий Прайм и не невеста миротворца. Я не вижу этих макушек. Я вижу только залысины господина президента, как его там, Павердо, и внушительную инсталляцию блондосских «шишек» вокруг него. Держаться в рамках «легенды». Держаться. Держаться.
Какие-то дежурные разговоры, заученные ответы на заученные вопросы, заученные вопросы и полученные ответы, так же заученные наизусть; мой рот действует немного отдельно от головы — я, оказывается, хорошо научилась поддерживать светскую беседу и могу себе позволить вести наблюдение за окружающей средой, почти не озадачиваясь выбором слов. Говорю, а сама изучаю лица и мир вокруг. Тишина на орбите, кристально чистый воздух с высокой прозрачностью в районе космопорта, спокойно-радостные взгляды окружающих — это категорически не похоже на планету, которая того гляди окажется по самый купол скафандра в космической войне. Какая удивительная беспечность. У них вроде бы не так много оружия, чтобы чувствовать себя настолько в безопасности.
Слово за слово оказываюсь в президентском глайдере. Остальные едут другими машинами, да ещё почётный эскорт — в общем, неплохо мы растягиваемся по трассе. Эпс очень хотел пристроиться к нам, но мне нужно поговорить с главой республики один на один. Нигде, кроме автомобиля, это невозможно. Таковы инструкции Императора — я должна разобраться с личностью и характером Павердо без отвлекающих факторов. Да и тесновато было бы втроём. Ну, конечно, по нашим меркам.
Пейзаж за окном опять ничем не напоминает о близкой войне. Тихие улицы, спокойное население. На каком-то перекрёстке нам вслед машут две ювенильные особи, цепляющиеся за материнскую юбку. Пользуясь отсутствием лишних ушей, негромко спрашиваю:
— Дети… Мы ловили сообщение, новости — есть опасение военный конфликт. Вы не думать эвакуация для маленькие, хотя бы дальше от населённый пункт, от главная инфраструктура?
