— Да, — торопливо отзывается он, поворачивая следом за мной. Странно, Гамма и Дельта словно бы синхронно хрюкнули нам в спины, но эмоция была настолько тихой, что я в ней так и осталась неуверенной.
— О чём же?
— Просто… Хотел извиниться за некрасивую сцену.
— Я сама в ней виновата, — отвечаю, уводя его подальше от греющих слуховые рецепторы сервов. — Мне не следовало пытаться понять вас и ваших друзей. Тем более что данные мне инструкции требуют соблюдения абсолютного нейтралитета, в том числе в личных контактах.
— Что вы, причём здесь вы? Наоборот, это мы со своими, гм, неувязками во взаимоотношениях…
— Послушайте, господин посланник, — решительно перебиваю я. — Я ушла оттого, что почувствовала себя неуместной. У вас свои цели и задачи, у меня — свои. Кое в чём они пересеклись, но в целом не вижу для своего народа смысла открыто встревать в разборки с Древними. Нас они не трогали.
Таген огорошенно смотрит на меня. Наверное, агрессия всё же прорывается в интонациях голоса, хотя за невыразительное лицо я уверена.
— Вы когда-нибудь забываете о работе? — выдавливает он.
— Глупый вопрос. Задайте другой, поумнее, — морщусь в ответ.
— Тогда, — несмотря на мою заметную грубость, блондин остаётся предельно вежливым, — удовлетворите моё любопытство и объясните, зачем вам понадобилось коверкать интергалакто, если вы им свободно владеете.
Приказала же, чтобы уточнил у Доктора. Ладно, лучше действительно просветить его самой, во избежание ошибочного пересказа. Коротко излагаю всё, что говорила три дня назад Хищнику, а в конце добавляю, что удивлена неосведомлённостью господина посланника, ибо своим друзьям галлифреец всё рассказал. Второй кирпичик в укрепление ссоры. Надо занять Доктора проблемами по самый верх котелка. Разделяй и властвуй!
Какой-то эффект есть, тал задумался. Шагаем рядом по дорожке, каждый в своих мыслях. И вдруг он бабахает такое, что я чуть не спотыкаюсь:
— Вы замужем?
Проклятье, вот ещё один аспект, который наши планировщики не учли. Тема семьи разработана, но не в применении к членам экспедиции. Абстрактно я могла бы прочитать лекцию о семейной структуре кочевников, но перечислить аналогичные факты о себе, любимой, уже сложно. Надо хоть время потянуть, чтобы обмозговать, как выкручиваться. Десятую долю рэла — настолько меня выбил из гамачка вопрос Тагена — составляю приемлемый ответ.
— Это завуалированная попытка разузнать об устройстве нашего общества, или эта беседа нарушает какие-то традиции Нового Давиуса, связанные с взаимоотношением полов?
Судя по глазам, мой ответ вырубил его не меньше.
— Я просто спросил, — наконец растерянно отвечает блондос. — Но ваши ответы, как и у Доктора, ставят в тупик.
Ну спасибо за сравнение с этим рыжим слизером.
— Я не замужем. Как член правительства, я теоретически имею право на брак в любое время, но поскольку много летала, то группа здоровья у меня расценивается по критериям космонавтов, а это значит, что без специального врачебного подтверждения я о семье даже заикаться не должна, — пожалуй, этого пока хватит.
— Почему? — ага, уже хватило… Придётся отвечать дальше:
— Путешествия в междумирье гораздо более вредны, чем путешествия по космосу, есть риск мутаций. И если честно, я хочу тратить свою жизнь рационально. Пока могу быть полезной в более широком аспекте, чем деторождение, — чуть было не брякнула «воспроизводство», но вовремя спохватилась, — я буду полезной для своего народа в роли дипломата и советника, — так, надо бы переключить беседу с меня на него, пока он ещё что-нибудь дурацкое не спросил. — А ваша сестра — старшая или младшая?
— Младшая, на двенадцать лет, — на миг он сумрачно отводит взгляд, но потом снова с интересом смотрит на меня. — А у вас есть братья или сёстры?
Переключить беседу не получилось. Что ж ему так далась моя несуществующая семья? С какой целью он всё это выясняет? Не понимаю. И тем более не понимаю, что ему ответить... Пожалуй, вот что.
— Были. Шесть братьев и одна сестра. К сожалению, погибли во время одного неприятного инцидента с темпоральной аномалией и смертоносцами, как вы говорили... с «дал-ек». Меня спасло чудо, — и пусть кто-нибудь попробует сказать, что моя фея-крёстная, Ривер Сонг, не чудо. И кого я ещё могу выдать за семью, как не свою команду со Свалки Истории. Я ведь глубоко изучила данный вопрос и знаю, что низшие вкладывают в это понятие. Правда, согласно их классификации, далеков скорее связывает боевое братство, но даже с этой точки зрения, мой отряд вполне допустимо представить как близких родственников.
— Сочувствую, — отзывается Таген, отводя взгляд. Общая картина его мимики вполне подпадает под термин «смущение». — Извините, я не знал…
