Вскоре Поллианна дошла до конца парка и оказалась на перекрёстке двух улиц. Это оказался удивительно интересный перекрёсток, пересечь который спешили автомобили, конные экипажи и пешеходы. И как они только не сталкивались при этом! Затем внимание Поллианны привлекла огромная – бывают же такие! – бутыль в витрине аптеки, а следом откуда-то издалека до её ушей долетели прихрамывающие звуки шарманки. Поколебавшись не дольше секунды, Поллианна повернулась и пошла навстречу этой чарующей музыке.
Впереди её поджидали новые чудеса. Сначала это были выставленные в витринах магазинов чудесные вещи, а затем, добравшись, наконец, до шарманки, она увидела с десяток танцующих около неё ребят. Пройдя вместе с ними и шарманщиком до следующего угла, она замерла, увидев высокого плотного человека в синем, подпоясанном ремнём мундире. Он командовал движением на этом, тоже очень бойком перекрёстке, одним движением руки останавливая автомобили и экипажи и помогая пешеходам перебраться на другую сторону улицы. С восторгом понаблюдав немного за ним, Поллианна робко шагнула на край тротуара.
Дальше всё было просто удивительно. Большой мужчина в синем мундире сразу заметил Поллианну и жестом руки поманил к себе. Мало того, он пошёл ей навстречу и сам перевёл её через улицу по широкой свободной полосе, по обе стороны которой урчали моторы автомобилей и фыркали остановившиеся лошади. Всё это было так чудесно, просто сказочно, что, подождав минуту, Поллианна двинулась назад. Потом, через короткие интервалы, перешла улицу ещё дважды, наслаждаясь тем, как всё вокруг замирает по мановению руки волшебника в синем мундире. Однако, переведя Поллианну в очередной раз через улицу, волшебник спросил её, удивлённо нахмурив брови:
– Послушай, девочка, разве не ты переходила эту улицу всего минуту назад? А до этого ещё несколько раз… туда-сюда?
– Так точно, сэр, – широко улыбнулась Поллианна и ликующим тоном добавила: – Четыре раза, сэр!
– Ну, знаешь… – рассерженно начал было полицейский, но Поллианна обезоружила его, сказав:
– И с каждым разом это было всё чудеснее, сэр!
– Что?.. Чудеснее?.. – растерянно пробормотал мужчина в синем мундире, а затем довольно сердито спросил: – Ты что же, думаешь, я здесь за тем поставлен, чтобы тебя через улицу водить?
– О, нет, сэр, конечно, нет, – теперь Поллианна улыбалась уже так лучезарно, что у неё даже ямочки на щеках появились. – Разумеется, не только меня! И других тоже. Я знаю, кто вы. Вы полисмен, вот. Там, где я живу у миссис Кэрью, тоже есть один полисмен, только он никого никуда не переводит. Он просто по улице ходит. Сначала я думала, что вы все военные, потому что у вас фуражки с блестящим козырьком и пуговицы золотые, но теперь знаю, что полицейские. Только, знаете,
– Что?.. Стада! – полисмен покраснел и расхохотался, запрокинув голову. – А я… как будто ни капельки!..
Он резко оборвал смех, вскинул вверх руку и в следующую секунду уже помогал перейти через улицу какой-то маленькой испуганной старушке. Но при этом шагал он торжественно, как на параде, высоко подняв голову и выпятив грудь – а всё потому лишь, что чувствовал, что за ним сейчас внимательно следят сияющие глаза маленькой девочки. Доведя старушку до тротуара, полисмен небрежным взмахом руки разрешил автомобилям и экипажам двигаться дальше, а сам возвратился к Поллианне.
– Потрясающе! – восторженно приветствовала его Поллианна. – Целый день смотрела бы на это чудо. Сказать, кого вы мне напоминаете? Моисея, вот. Ну да, того самого, что вывел своих сынов израильских из египетского плена, и перед ним точно так же море расступилось, чтобы они пройти могли. В Библии об этом подробно рассказано. Знаете, сэр, я всегда считала, что самая радостная работа на земле у докторов, они людей лечат, но сейчас начинаю думать, что у полисменов она ещё лучше, пожалуй. Что может быть радостнее, чем помогать испуганным людям, как это вы делаете, сэр! И потом…
Она не договорила. Огромный полисмен снова расхохотался, а в следующую секунду уже возвратился на своё место на самой середине улицы. Поллианна же вновь осталась стоять одна на краю тротуара.
Ещё минуту или две она наблюдала за тем, как волшебным образом расступается перед пешеходами уличное «библейское море», а затем подумала о том, что пора уже, пожалуй, возвращаться домой, обедать. В последний раз взглянув на переход, Поллианна повернулась и решительно отправилась в обратный путь.
Останавливаясь в нерешительности на перекрёстках и пару раз свернув не в ту сторону, куда было нужно, Поллианна довольно скоро начала догадываться, что возвращение домой окажется не совсем таким лёгким делом, как ей представлялось. А оказавшись перед зданием, которое совершенно точно было ей совершенно незнакомо, она окончательно поняла, что заблудилась.
