Поллианна полностью

Этот лист меня просто убил. Знаешь, я чуть с ума не сошёл, так мне захотелось поменяться местами с тем парнем, который написал эти строчки, и посмотреть, как он станет радоваться листочкам-ветерочкам, сидя в инвалидном кресле. И настолько я рассердился, раззадорился, что решил доказать, что совершенно не знает этот парень, о чём он говорит. Не знает, как и где нужно искать настоящие радости в жизни. Короче, я взял старую записную книжку, которую подарил мне Джерри, взял карандаш и решил, что буду сам находить радости и записывать их в эту книжку. И стал записывать всё, что меня радует, чтобы потом посмотреть, сколько у меня накопится этих радостей.

– Да! Да! – восторженно воскликнула Поллианна, когда мальчик на секунду замолчал, чтобы перевести дыхание.

– Я не подозревал, что у меня наберётся много радостей, – продолжил мальчик. – Но что ты думаешь? Их оказалась целая куча! Вагон радостей! Получается, что хотя бы чуть-чуть я могу радоваться буквально всему, что со мной происходит. Самой первой радостью была сама книжка – то, что она у меня есть и я могу делать в ней записи. Потом кто-то подарил мне цветок в горшке – радость. Джерри подобрал в подземке забытую кем-то книжку. Снова радость! А разве не радостна сама эта охота за радостями? Радостна, да ещё как! А как интересно оказалось отыскивать радости в самых что ни есть неожиданных местах! А потом однажды моя книжка попала в руки Джерри, он полистал её и всё понял. Именно тогда он и дал ей название – Весёлая книга. Ну… вот и всё, пожалуй.

– Вот и всё! – воскликнула Поллианна. На её пылающем лице попеременно отражались восторг и глубокое изумление. – Да это же игра, самая настоящая игра в радость! Ты играешь в неё, сам того не зная, причём играешь в миллион тысяч раз лучше, чем я! Да мне… да я, боюсь, вообще не смогла бы в неё играть, если бы у меня не было еды и я никогда не могла бы ходить… и всё такое, – и она замолчала, задохнувшись.

– Игра? Какая игра? Не знаю я ничего ни про какую игру, – нахмурился мальчик.

– Я понимаю, что ты не знаешь! – хлопнула в ладоши Поллианна. – Знаю, что не знаешь, и это просто отлично, замечательно просто! А теперь слушай. Я тебе расскажу, что это за игра.

И она рассказала ему.

– Вот это да! – одобрительно покачал головой мальчик, когда она закончила. – Подумать только!

– Подумать только, что ты играешь в мою игру лучше, чем кто-нибудь, лучше, чем я сама! – воскликнула Поллианна с тем оттенком благоговения, с каким люди говорят о чудесах. – Но теперь я хочу знать… Я всё хочу знать.

– Пф! А что ещё знать-то? – пожал плечами мальчик. – Давай лучше покормим сэра Ланселота и всех остальных, они уже заждались.

– Ну да, ну да, – с некоторой досадой откликнулась Поллианна, глядя на собравшихся возле них гостей, щёлкающих, воркующих и чирикающих в ожидании обеда. Она нетерпеливо перевернула свой бумажный пакет и одним махом высыпала его содержимое на землю. – Всё, готово. А теперь давай поговорим. Мне много чего хочется узнать, очень много. И прежде всего, скажи, как тебя зовут. Я знаю только, что ты не сэр Джеймс.

– Не сэр Джеймс, это точно, – улыбнулся мальчик. – Так меня обычно Джерри зовёт. В шутку, конечно. А мамуля и все остальные называют меня Джейми.

– Мамуля – это твоя мама, да?

– Точно!

Поллианна сразу загрустила. Если у этого Джейми была мама, он, разумеется, не мог быть тем Джейми, которого разыскивает миссис Кэрью, потому что мама того Джейми умерла много лет назад. Что, впрочем, не делало этого Джейми менее интересным. Ничуть.

– А где ты живёшь? – с интересом продолжала расспрашивать она. – В вашей семье есть ещё кто-нибудь, кроме тебя, Джерри и мамули? А здесь, в парке, ты каждый-каждый день бываешь? Где твоя Весёлая книга? Ты дашь мне её посмотреть? Доктора точно сказали, что ты никогда ходить не сможешь? А откуда у тебя это кресло?

– Ну и ну! – рассмеялся мальчик. – Хочешь, чтобы я сразу на все твои вопросы ответил? Ладно, попробую, если не забуду чего-нибудь. Только давай я с конца начну. Кресло. Это кресло появилось у меня примерно год назад. Джерри, понимаешь, знаком с одним парнем… как его… ну, из тех, что для газет пишут, и тот напечатал про меня в своей газете, что, дескать, я никогда ходить не смогу и всякое такое… и про Весёлую книгу написал. Не успели мы глазом моргнуть, как к нам люди привалили, целая толпа женщин и мужчин. Прикатили это кресло, сказали, что прочитали обо мне и вот… Ну, одним словом, сказали, чтобы я взял это кресло вроде как на память от них.

– Здорово! Представляю, как ты обрадовался, наверное.

– Ещё бы! Целой странички в Весёлой книге едва хватило, чтобы рассказать об этом кресле.

– Скажи, а ты что… ты взаправду больше никогда ходить не сможешь? – сквозь навернувшиеся слёзы спросила Поллианна.

– Похоже на то. Доктора вроде сказали, что никогда.