Поллианна полностью

Увы, из подавленного состояния тётю Полли в это утро не смогли вывести даже кукурузные лепёшки. Всё сегодня тётю Полли раздражало, всё было не так… Невыносимо это становилось, вот что я вам скажу, и откуда Поллианна столько терпения брала, не понимаю. В довершение ко всем бедам обнаружилось, что потекла крыша над чердачным окном, да ещё с утренней почтой пришло неприятное письмо из журнала. Короче говоря, денёк задался под стать погоде, однако верная своим принципам Поллианна упрямо пыталась продолжать игру в радость. Убеждала себя радоваться тому, что крыша протекла, потому что… Ну, потому что у них с тётей, по крайней мере, крыша имеется над головой и есть чему протекать. Письмо? Так это просто большая радость, что оно уже пришло, а значит, не придётся больше со страхом ждать, что оно придёт. Пришло – и ладно, и хорошо, нужно теперь просто порадоваться этому и забыть. Точка.

За всеми этими мыслями и мелкими делами, которые отвлекают на себя внимание и занимают больше времени, чем что-либо ещё, Поллианна совершенно забыла застелить кровати – свою и тётину. Ну свою-то ладно, а вот с кроватью тёти Полли, у которой вошло в привычку всю свою жизнь расписывать с точностью до секунды (при том, что у неё и дел-то, собственно, никаких не было), этот фокус не прошёл.

– Поллианна, ты в курсе, что уже половина четвёртого? – раздражённо воскликнула, наконец, тётя Полли. – Ты сегодня намерена кровати застилать или нет?

– Сейчас застелю, дорогая, сейчас. Не волнуйся.

– Но уже половина четвёртого, слышишь? Половина четвёртого!

– И что такого, тётя Полли? Будем радоваться, что не половина пятого.

– Тогда радуйся, если сможешь. У тебя, наверное, получится, – ядовито ответила тётя Полли.

– А знаешь, тётушка, время, между прочим, такая удивительная вещь, если с ним подружиться! Это я открыла для себя давным-давно, когда в клинике лежала. Так вот, когда я занималась чем-то таким, что мне нравится, и хотела, чтобы время шло помедленнее, я следила за часовой стрелкой и чувствовала, что у меня масса времени, потому что оно тогда словно замедлялось. И наоборот, если мне предстояла, например, какая-нибудь болезненная процедура в течение, скажем часа, я следила за секундной стрелкой, она резво скакала вперёд, и время для меня летело быстрее. Вот сегодня, к примеру, я слежу за часовой стрелкой, потому что не хочу торопить время, понимаешь?

Она повернулась и быстро вышла из комнаты. Быстро для того, чтобы тётя Полли не успела ничего ответить и не заметила блеснувший в глазах племянницы лукавый огонёк.

День выдался тяжёлым, и к вечеру Поллианна чувствовала себя выжатой как лимон. Тётя Полли тоже заметила это и, разумеется, не упустила случая попричитать:

– Девочка моя, ты выглядишь до смерти уставшей! – воскликнула она и тут же завела свою любимую пластинку. – Ах, что же нам делать? Что нам дальше делать – ума не приложу! Если ещё и ты теперь расхвораешься…

– Глупости, тётушка! Я совершенно здорова, – успокоила её Поллианна, с радостным вздохом валясь на диван. – Устала просто. О боже, мягкий диван – какое блаженство! Знаешь, тётя, я даже рада, что устала, – ведь чем сильнее устанешь, тем приятнее отдохнуть, правда?

– Рада, рада, рада, – сварливо проворчала тётя Полли. – Разумеется, ты рада, Поллианна. Ты всегда всему рада. Первый раз в жизни такого человека, как ты, встречаю. Да-да, я понимаю, игра, и всё такое, – подняла она ладонь, показывая, что заранее знает всё, о чём собирается ей сказать племянница. – Это очень хорошая игра, я не спорю, но мне кажется, что ты уже перегибаешь палку. Это твоё вечное «порадуемся, потому что могло быть хуже» уже начинает действовать мне на нервы. Прости, но мне порой ужасно хочется услышать, что ты чему-то не рада, только я, наверное, не доживу до этой приятной минуты.

– Да что ты, тётя Полли? Правда? – приподнялась, не вставая с дивана, Поллианна.

– Да, правда. Если хочешь, можешь попробовать. Сама тогда увидишь.

– Но, тётя… – Поллианна замолчала, задумчиво глядя на свою тётушку. Затем в глазах Поллианны сверкнула какая-то искорка, и слегка приподнялись уголки губ. Миссис Чилтон в это время смотрела в другую сторону и ничего не заметила, а Поллианна, так и не договорив, вновь раскинулась на диване, с улыбкой глядя в потолок.

Следующее утро вновь выдалось дождливым, да ещё добавился холодный противный северный ветер, завывавший в каминных трубах, словно заблудившееся привидение. Глядя в окно на этот унылый натюрморт, Поллианна невольно вздохнула, но тут же её лицо просветлело.

– И всё равно я рада, – привычно начала Поллианна и тут же зажала себе рот ладошкой. – Тихо-тихо-тихо, – пробормотала она себе под нос, и в глазах её блеснули чёртики. – Я забыла. Я просто забыла и едва всё не испортила! Нужно твёрдо зарубить себе на носу, что сегодня я ничему не радуюсь…! Чтобы порадовать этим тётю Полли!

Сегодня Поллианна не стала печь кукурузные лепёшки, по-быстрому собрала завтрак и отправилась звать тётушку.