Джимми не раз повторял себе, что если бы не миссис Кэрью, не возможность помогать ей и часто бывать в её доме, то, пожалуй, жизнь его окончательно потеряла бы всякий смысл. Впрочем, не всё так безоблачно обстояло и с миссис Кэрью, точнее, с её домом, где, когда ни приди, непременно присутствовал Джейми. А стоило Джимми увидеть своего счастливого соперника, как сразу же его одолевали мысли о Поллианне. И были эти мысли, мягко говоря, не самыми весёлыми.
Джимми настолько уверил себя в том, что Джейми и Поллианна влюблены друг в друга, настолько гордился тем, что нашёл в себе силы отойти в сторону и не мешать чужому счастью, что ему даже в голову не приходило в чём-либо усомниться и хотя бы на минуту допустить, что на самом деле всё совершенно иначе. О Поллианне, как это часто бывает с неудачливыми влюблёнными, он не желал ни слышать, ни говорить. Он знал, что Джейми и миссис Кэрью получают весточки от Поллианны. Когда они заговаривали о ней, слушал, преодолевая свою сердечную боль. Правда, Джимми всегда старался как можно скорее перевести разговор на другую тему, а сам писал Поллианне очень редко и очень коротко. Что поделать? Поллианна оставалась для него вечным источником страданий, и ничто не помогало залечить эту рану. Джимми страдал, когда оставался в Белдингсвилле, рядом с Поллианной. Но и когда он уехал учиться в Бостон, то и здесь, вдалеке от неё, ему ничуть не стало легче.
Хорошо ещё, что в Бостоне было чем занять себя. Джимми с головой погрузился в планы миссис Кэрью, помогая ей обустраивать жизнь в Доме для молодых работниц. Эта работа немного отвлекала его от мыслей о Поллианне, а кроме того, ему было очень приятно радовать дорогую его сердцу миссис Кэрью.
Но вот, наконец, прошла бесконечная холодная зима. На смену ей заступила радостная, цветущая, солнечная весна. Тёплый ветерок, ласковый дождичек, нежная первая зелень – что может быть чудеснее? Но представьте: среди этой благодати ходил высокий стройный юноша с мрачным лицом и разбитым сердцем!
– Хоть бы они скорее объявили о своей помолвке, что ли, – всё чаще угрюмо бурчал он себе под нос. – Узнать что-то наверняка и успокоиться – это куда лучше, чем жить в неизвестности.
И в один из последних дней апреля это желание отчасти исполнилось. Он узнал «кое-что наверняка».
На Коммонвэлс-авеню Джимми пришёл субботним утром, около десяти часов, и горничная Мэри проводила его в музыкальную гостиную, заученно произнеся:
– Прошу вас сюда, сэр. Я немедленно доложу миссис Кэрью. Насколько мне известно, она вас ожидает.
Джимми вошёл в музыкальную гостиную и поморщился, увидев сидевшего за роялем Джейми. Он сидел, уткнувшись головой в сложенные на пюпитре руки. Джимми хотел тихонько выйти за дверь и прикрыть её за собой, но сидевший за роялем юноша поднял голову. Щёки у Джейми пылали, в глазах горел огонь.
– Привет, Кэрью, – без особой радости поздоровался Пендлтон. – У тебя такой вид… Что-нибудь случилось?
– Случилось! Вот именно что случилось! – взмахнул руками Джейми, и в каждой из них Джимми увидел по письму. –
Джимми Пендлтон гордо вскинул голову. Ну что ж, вот он и настал – миг, когда нужно принять на себя последний, смертельный удар. Удар, которого он давно ждал. Джимми слегка побледнел, но недрогнувшим голосом ответил:
– Конечно, дружище. Давай, выкладывай, а я с удовольствием тебя выслушаю.
Трудно сказать, требовалось Джейми это согласие или нет, потому что он, не дослушав Джимми, уже принялся рассказывать – с жаром, и немного несвязно.
– Конечно, мне далеко до тебя, Пендлтон. У тебя две ноги, и ты можешь чувствовать себя свободным. У тебя есть свои далеко идущие планы и твои любимые мосты. А я… Но сегодня я получил шанс стать настоящим мужчиной, способным зарабатывать и содержать семью. У меня появилась работа, пусть и не такая важная, как строительство мостов и плотин. У меня есть дело, которым я могу заниматься, которое мне по плечу! Я… Ладно, я опять ухожу куда-то в сторону. К главному, к главному! Слушай! Вот в этом письме сообщается, что я получил первый приз на конкурсе рассказов. Три тысячи долларов. Три тысячи, Пендлтон! Три! А в другом конверте письмо из одного крупного издательства. Они пишут, что с удовольствием примут к печати мою первую книгу, которую я им отсылал. Мою книгу напечатают, понимаешь? И оба письма пришли сегодня, в один день! Счастливый для меня день! Тебя всё ещё удивляет, что я слегка схожу с ума от радости?
– Не удивляет. Нисколько! И я от всей души поздравляю тебя, Кэрью! – искренне и тепло воскликнул Джимми.
