Поллианна полностью

Письмо было дочитано. Воцарилась тишина, такая долгая, что доктор Чилтон, не выдержав, негромко спросил:

– Ну, что скажешь, Полли?

Вопрос прозвучал, но молчание продолжалось. Внимательно следя за своей женой, доктор заметил, как едва заметно задрожали её губы и подбородок, чего обычно никогда не случалось. Томас Чилтон не стал торопить события, терпеливо ждал и дождался, наконец – его жена тихо спросила:

– Когда?.. Когда, как ты думаешь, они ожидают её?

Честно признаться, доктор Чилтон даже опешил слегка, услышав это.

– Ты хочешь сказать… что отпустишь её? – он заморгал глазами.

– Что за вопрос, Томас Чилтон? – возмущённо взглянула на него жена. – Неужели ты думаешь, я могу поступить иначе после такого письма? Ведь сам доктор Эймс просит нас об этом, неужели ты не понял? Как же я могу в чём-либо ему отказать после всего, что он сделал для Поллианны? Для него – всё, что угодно! Нет, к вечеру ты гораздо медленнее соображаешь, милый.

– Дорогая моя! О боже! «Всё, что угодно»! Надеюсь только, что он тебя саму не попросит, любовь моя, а? – бессвязно забормотал он, улыбаясь и неуклюже клюя губами ладони жены.

Миссис Полли великодушно простила мужу и его двусмысленное замечание, и неловкость и принялась за своё любимое дело – командовать.

– Напиши доктору Эймсу, что мы согласны отпустить Поллианну. Пусть передаст мисс Уэтерби настоятельную просьбу как можно скорее связаться с нами и сообщить, когда они будут готовы принять девочку. Уточни, что это должно быть сделано до десятого сентября, то есть до нашего отъезда в Европу, иначе отправишься туда один. Поллианне должны быть созданы все условия, и я сама съезжу в Бостон, чтобы убедиться в этом.

– А Поллианне ты когда скажешь?

– Завтра, наверное.

– И что ты ей скажешь?

– Если честно, ещё не знаю, но найду. Ничего лишнего говорить не стану, чтобы не наделать вреда. Сам понимаешь, что может произойти с девочкой-подростком, если начать вбивать ей в голову, что она… э…

– Что-то вроде бутылочки с лекарством, да? – с улыбкой помог ей окончательно пришедший в себя доктор.

– Ну да, – величественно согласилась с ним миссис Чилтон. – Не надо, чтобы она догадывалась о своём даре, это может испортить всё дело. Впрочем, ты сам это знаешь, милый.

– О да, знаю, – кивнул её муж.

– Ей известно, конечно, что ты и я, и ещё полгорода играют с ней в игру и что мы с тобой так удивительно счастливы именно благодаря этой игре… – тут голос миссис Чилтон слегка дрогнул, но она тут же взяла себя в руки и твёрдо продолжила: – Но если бы она сознательно стала пытаться стать не самой собой – непосредственной, весёлой, жизнерадостной и любопытной девочкой, играющей в игру, которой научил её отец, а кем-то вроде… ну, ты понимаешь, да? Вот тогда она точно сразу же станет похожа на ту невыносимую зануду, которую описала в своём письме эта медсестра. Так что я ни слова не скажу о том, что её ждут в Бостоне в надежде, что она сможет изменить к лучшему жизнь несчастной миссис Кэрью. Пусть думает, что мы просто отправляем её пожить у знакомых, пока сами будем в Германии.

И миссис Чилтон решительно поднялась с кресла, отложив в сторону лежавшее у неё на коленях рукоделие.

– Как всегда, восхищаюсь твоей мудростью, моя дорогая, – склонил голову доктор.

О том, что её ожидает этой зимой, Поллианна узнала на следующее утро, и выглядело это примерно так.

– Моя дорогая, – начала разговор тётя Полли, когда они остались наедине. – Как ты смотришь на то, чтобы провести зиму в Бостоне?

– С тобой?

– Нет. Я решила ехать с твоим дядей в Германию. Но тебя приглашает пожить у себя миссис Кэрью, это давняя хорошая знакомая доктора Эймса. Я думаю, тебе следует поехать.

– Но в Бостоне не будет Джимми, – моментально опечалилась Поллианна. – И мистера Пендлтона не будет, и миссис Сноу, и вообще всех, кого я знаю. Как же так, тётя Полли?

– Но ты же их не знала, пока сюда не приехала и не познакомилась с ними, разве не так?

Поллианна задумалась, а затем ответила, улыбнувшись:

– Верно, тётя Полли, я их не знала. А это значит… это значит, что и в Бостоне есть свои Джимми, и мистеры Пендлтоны, и миссис Сноу, и все они ждут, чтобы я и с ними познакомилась тоже. Я права?

– Абсолютно права, моя дорогая.