Поллианна полностью

– Ну, тогда я рада. Послушай, тётя, а ты, оказывается, умеешь играть в радость гораздо лучше, чем мне казалось. Надо же! Мне самой и в голову никогда не приходило, что где-то ещё есть люди, которые хотят со мной познакомиться! И их так много, этих людей! Между прочим, кое-кого из них я уже видела и запомнила, когда была два года назад в Бостоне с миссис Грей. Мы там останавливались на два часа, когда я ехала сюда с Запада, ждали моего поезда. Да-да-да, начинаю вспоминать… Там на вокзале, в зале ожидания, был один чудесный мужчина в железнодорожной форме, он подсказал мне, где можно напиться воды. Как ты думаешь, он всё ещё служит там? А ещё там была красивая молодая леди с маленькой девочкой. Они никуда не ехали, они в Бостоне живут, та женщина сама мне так сказала. А её девочку звали… её звали… да, Сюзи Смит, вот как её звали! Может быть, я их встречу. Как ты думаешь, тётя? Встречу? Потом там был один мальчишка, и ещё одна леди с ребёнком… но они, правда, живут в Гонолулу, так что я вряд ли встречу их в Бостоне. Ну и ладно, зато в Бостоне живёт миссис Кэрью. Тётя Полли, а кто она, эта миссис Кэрью? Наша родственница?

– О боже! – слегка нервно хохотнула миссис Чилтон. – Это невообразимо! Голова идёт кругом, когда пытаешься поспеть за твоими мыслями, Поллианна! То ты здесь, то в Бостоне, а через две секунды уже в Гонолулу! Миссис Кэрью? Нет, она не наша родственница. Она старшая сестра мисс Деллы Уэтерби. Ты помнишь мисс Уэтерби из клиники доктора Эймса?

– Она сестра мисс Уэтерби? – радостно захлопала в ладошки Поллианна. – О, значит, она милая женщина, если её сестра. Мисс Уэтерби такая милая! Она мне очень нравилась. У неё такие ма-аленькие хорошенькие морщинки в уголках губ и глаз, а ещё она столько интересных историй знает!.. Жаль, что мы с ней были знакомы только месяца два, не больше, а потом меня выписали. Сначала мне было жаль расставаться с нею, хотелось, чтобы она всегда оставалась рядом, но потом я обрадовалась, потому что если бы она дольше оставалась со мной или я дольше оставалась бы в клинике, то мне было бы ещё труднее прощаться с нею. А теперь я будто снова увижусь с ней, потому что буду жить у её родной сестры!

Миссис Чилтон глубоко вздохнула и осторожно заметила, прикусив губу:

– Но, Поллианна, дорогая моя, не следует ожидать, что если они сёстры, то миссис Кэрью будет точно такая же мисс Уэтерби.

– Почему? Тётя Полли, почему? Они же сёстры! – удивлённо раскрыв глаза, возразила девочка. – А сёстры всегда похожи друг на друга, я так думаю. Вот у нас в благотворительном комитете сразу две пары сестёр было, и одни из них – близнецы. И они так похожи были, что никто не мог сразу сказать, кто это – миссис Пек или миссис Джонс. Легко различать их стало только после того, как на носу у миссис Джонс выросла бородавка. Тут уж чего проще – смотри, есть ли на носу бородавка, и сразу узнаешь, которая из сестёр перед тобой. Правда, миссис Джонс её бородавка ужасно не нравилась, просто ужасно, хотя я до сих пор не понимаю – а что в этой бородавке такого? Напротив, казалось бы, радоваться должна, что теперь её с сестрой не путают. Миссис Джонс, она у нас, между прочим, председателем комитета была, и до бородавки её раздражало то, что люди часто не к ней, а к сестре с разными вопросами обращались, и место почётное в церкви вместо неё миссис Пек уступали, и тосты не в её честь на торжественных обедах произносили. Казалось бы, радуйся, что у тебя теперь бородавка есть, так нет, я сама слышала, как миссис Уайт говорила миссис Роусон, что миссис Джонс буквально всё сделать готова, чтобы от этой бородавки своей избавиться, даже хоть жабу живьём проглотить. Скажи, тётя Полли, а правда, если жабу живьём проглотить, это поможет избавиться от бородавки на носу?

– Жабу? Нет, не поможет. Но послушай, Поллианна, притормози немного! Тебя просто не остановить, особенно если ты начинаешь рассказывать про своих леди из благотворительного комитета!

– Правда? – огорчилась девочка. – И тебе это неприятно, да, тётя Полли? Но я вовсе не хочу надоедать тебе своими разговорами о них, поверь. А вообще-то, даже если так, то на твоём месте я бы радовалась, а знаешь почему? Потому что когда я вспоминаю о них, то сама всегда радуюсь тому, что теперь не они меня воспитывают, а моя родная любимая тётя. Ведь это же должно тебя радовать, разве нет, а, тётя Полли?

– Да, да, дорогая моя, разумеется, я рада, очень рада, – натянуто улыбнулась миссис Чилтон и поспешила направиться к выходу из комнаты, потому что почувствовала вдруг, что вновь, как встарь, её начинает порой слегка раздражать бьющий через край оптимизм племянницы.

Затем между Белдингсвиллом и Бостоном началась активная переписка – взрослые оговаривали условия «зимовки» Поллианны в доме миссис Кэрью, а сама виновница всей этой суматохи тем временем встречалась со своими друзьями, чтобы попрощаться перед разлукой.