Некоторые посетители проходили в дом, чтобы пять-десять минут чопорно посидеть в гостиной, а затем откланяться. Другие доходили только до крыльца, чтобы робко постоять на нём. Мужчины смущённо мяли в руках шляпы, женщины теребили сумочки. Кто-то приносил в подарок Поллианне книги, кто-то – букет цветов или какое-нибудь лакомство. Одни плакали открыто, другие старательно отворачивались и яростно шмыгали носом, но все без исключения с тревогой спрашивали о здоровье Поллианны и каждый просил передать ей несколько слов от себя. Именно эти просьбы и заставили мисс Полли узнать, наконец, что же это за игра, о которой все только и говорят.
Пожалуй, всё началось с нового визита мистера Джона Пендлтона. Он пришёл самостоятельно, без костылей.
– Думаю, нет нужды говорить о том, как я потрясён и удручён, – довольно резко начал он. – Но скажите, неужели ничего больше нельзя предпринять?
– Мы делаем всё, что в наших силах, – развела руками мисс Полли. – Доктор Мид дал ряд рекомендаций, выписал лекарства, которые, по его мнению, способны помочь, и доктор Уоррен, разумеется, в точности следует всем его предписаниям. Но… Доктор Мид сразу предупредил нас, что надежды на выздоровление практически нет.
Джон Пендлтон поднялся и решительно направился к двери, хотя не провёл в гостиной и двух минут. Лицо у него побледнело как мел, губы сжались в тонкую, едва заметную линию. Мисс Полли ни о чём не стала его спрашивать, она прекрасно понимала, почему Джону Пендлтону трудно оставаться в её обществе. Но возле самой двери он обернулся.
– У меня к вам просьба, – сказал он. – Будьте так любезны, передайте Поллианне, что я виделся с Джимми Бином и что я собираюсь взять его к себе на воспитание. Надеюсь, эта новость обрадует её, – так и скажите ей, хорошо? И добавьте ещё, что я, скорее всего, усыновлю его.
От неожиданности мисс Полли на время потеряла контроль над собой. Дала трещину её воспитанная долгими годами упорных тренировок холодная сдержанность.
– Вы… собираетесь усыновить Джимми Бина? – ахнула она.
– Да, – гордо поднял подбородок Джон Пендлтон. – Думаю, что Поллианна поймёт мой поступок. Главное, не забудьте ей передать, эта новость, как я думаю, порадует её.
– Ну конечно… – пролепетала мисс Полли.
– Благодарю вас. – Джон Пендлтон коротко поклонился и покинул гостиную.
Он ушёл, а мисс Полли так и осталась стоять посреди комнаты, молча и удивлённо глядя ему вслед. До сих пор ей не верилось, что она не ослышалась. Джон Пендлтон решил усыновить Джимми Бина? Джон Пендлтон – этот очень богатый, гордый, замкнутый нелюдим, которого все считают ужасным эгоистом, собирается усыновить мальчика? Да ещё такого мальчика!
Мисс Полли поднялась по лестнице и с несколько растерянным видом вошла в комнату Поллианны.
– Поллианна, – сказала она. – Мистер Джон Пендлтон был здесь и просил передать тебе… Словом, он берёт к себе Джимми Бина и думает, что ты будешь рада узнать об этом.
Грустное лицо Поллианны озарила радостная улыбка.
– Рада? Рада? Ну конечно же, я очень рада! Ах, тётя Полли, я так мечтала найти дом для Джимми, и этот дом наконец нашёлся. Да ещё какой дом! Между прочим, за мистера Пендлтона я тоже очень рада. Теперь в его доме будет ощущаться присутствие ребёнка.
– Присут… Что?
Поллианна покраснела. Ну да, она же никогда не рассказывала своей тёте о том, что мистер Пендлтон предлагал удочерить её, и уж тем более не хотела признаваться, что хоть на минутку задумалась о том, чтобы покинуть свою дорогую, любимую тётю Полли!
– Присутствие ребёнка, – торопливо принялась объяснять она. – Видишь ли, мистер Пендлтон сказал мне однажды, что стены и крышу делают настоящим домом только женская рука и сердце или присутствие в нём ребёнка и детский смех. Да, именно такими словами он и сказал. Ну вот, теперь у него в доме будет присутствие ребёнка. И детский смех тоже.
– Хм, понимаю, – осторожно сказала мисс Полли. Она на самом деле понимала, причём гораздо больше, чем могла предположить Поллианна. Понимала, какое трудное решение пришлось принять Поллианне, когда Джон Пендлтон просил её стать тем ребёнком, который превратит холодную серую каменную громадину в настоящий дом. – Понимаю, – повторила она и отвернулась, чтобы не показывать переполнивших её глаза слёз.
А Поллианна, опасаясь, что тётя начнёт задавать ей новые неудобные вопросы, поспешила сменить опасную тему и увести разговор как можно дальше от особняка Пендлтона и его хозяина.
– Между прочим, доктор Чилтон говорит то же самое, – заметила она. – Что настоящему дому необходимы женская рука, женское сердце и присутствие ребёнка.
– Доктор Чилтон? – невольно вздрогнула мисс Полли. – А ты-то откуда это знаешь?
– Он сам мне так сказал. Когда говорил, что живёт просто в комнатах, но это не дом.
Мисс Полли ничего не ответила, молча стояла, уставившись в окно.
– И я тогда спросила его, почему он не добился для себя этой самой женской руки и сердца, чтобы у него тоже был дом, – продолжила девочка.
– Поллианна! – резко повернулась к ней мисс Полли. Щёки у неё пылали. – Как ты могла?..
– Да, но доктор выглядел таким печальным…
