– Да так, ничего особенного, тётя Полли. Понимаете, я не могу о ней рассказать так, чтобы не упомянуть о том, о чём я не должна говорить.
Мисс Полли так и подмывало продолжить расспросы, но лицо её племянницы было таким расстроенным, что она сочла за лучшее промолчать.
Высшей точки история с посетителями достигла вскоре после визита миссис Тарбелл, когда в дом Харрингтонов пришла молодая женщина с нарумяненными щеками и крашеными, совершенно дикого оттенка жёлтыми волосами. На ногах женщины были туфли на высоких каблуках, на шее и в ушах блестели дешёвые побрякушки. Скандальная репутация молодой женщины была хорошо известна мисс Полли, и этот визит, разумеется, был весьма нежелательным. Только такого сорта посетительниц ей и не хватало в своём доме для полного счастья!
Руки молодой женщине мисс Полли, естественно, не подала. Более того, демонстративно убрала её за спину.
При появлении мисс Полли молодая женщина поднялась на ноги. Глаза у неё были покрасневшими, заплаканными. Она несколько вызывающим, дерзким тоном спросила, можно ли ей на минуточку повидаться с племянницей мисс Полли, и, само собой, получила категорический отказ.
Разговор с неожиданной посетительницей хозяйка дома начала весьма неприветливо, однако увидела в её глазах что-то такое… Что-то, что заставило её спокойно, почти доброжелательно объяснить: пока никому нельзя видеться с Поллианной.
Молодая женщина немного помолчала, а потом заговорила, всё ещё гордо вздёрнув подбородок.
– Меня зовут миссис Пейсон. Миссис Том Пейсон. Полагаю, вы наслышаны обо мне от наших… добрых горожан. Думаю, они рассказали и много такого, чего нет на самом деле. Впрочем, это неважно. Я пришла из-за вашей девочки. Услышала про несчастный случай, и это буквально надломило меня. А на прошлой неделе мне сказали, что она теперь ещё и ходить больше никогда не сможет. Знаете… я очень хотела бы отдать ей свои бесполезные ноги, будь у меня такая возможность. Она на них за один час сделала бы больше добра, чем я за целую сотню лет. Но дело и не в этом тоже. Вообще, как я заметила, ноги не всегда даются тем, кто может ими с умом распорядиться. – Она откашлялась, набрала в грудь воздуха, но, когда заговорила вновь, голос у неё оставался таким же хрипловатым, как и прежде. – Возможно, вы не знаете, но я не раз встречала вашу девочку. Видите ли, мы с мужем живём у дороги на Пендлтонский холм, а она довольно часто проходила по ней. Причём не всегда проходила мимо, нет. Обычно она останавливалась, играла с нашими детьми, разговаривала и со мной, и с моим мужем, когда он был дома. По-моему, ей нравилось с нами разговаривать, и мы сами ей нравились, как мне кажется. Думаю, она просто не знала, что люди её… вашего круга, как правило, сторонятся таких, как я. Знаете, мисс Харрингтон, если бы они не чурались нас так сильно, может быть, таких, как я, стало бы гораздо меньше, – с неожиданной горечью добавила женщина. – Впрочем, дело и не в этом тоже. Так или иначе, Поллианна бывала у нас. Ей, поверьте, от этого не было никакого вреда, а нам она пользу приносила. Большую пользу. Но надеюсь, что как раз этого она никогда не узнает, потому что тогда ей пришлось бы узнать и многое другое… А мне не хочется, чтобы она это знала. Да… Этот год выдался для нас с мужем очень тяжёлым. Настолько тяжёлым, что мы с ним оказались на грани отчаяния. Думали уже о том, чтобы развестись, только никак не могли решить, что нам с нашими детьми делать, куда их девать. А потом это несчастье с Поллианной случилось, и мы узнали, что бедная девочка никогда больше не будет ходить. Мы с мужем стали вспоминать о том, как она заходила к нам, сидела у нас на крыльце, играла с нашими ребятишками, смеялась и… радовалась. Просто радовалась. Она всегда находила чему порадоваться, а однажды объяснила нам, как ей это удаётся, и про свою игру рассказала – ну, вы понимаете, о чём я говорю, и стала уговаривать нас тоже играть в неё. Сейчас вот мы услышали, что бедная девочка убивается оттого, что сама не может играть в эту игру, потому что не осталось в её жизни радости. Так я что, собственно, пришла-то? Хотела спросить, может, она хоть за нас порадуется немного, потому что мы с мужем решили не расставаться и сами начали играть. Я знаю, это порадует её, потому что она раньше очень сильно огорчалась из-за… Ну, из-за нас с мужем, короче. Как нам поможет эта игра? Честно говоря, я ещё сама не знаю, но надеюсь, что поможет. Во всяком случае, мы с мужем будем стараться… потому что этого хотела Поллианна. Вы передадите ей?
– Да, я ей передам, – пообещала мисс Полли, а затем неожиданно – в том числе и для самой себя – шагнула вперёд и добавила, протягивая руку: – И благодарю вас за то, что вы пришли, миссис Пейсон.
Гордо вздёрнутый подбородок посетительницы опустился, её губы задрожали. Несвязно пробормотав что-то, миссис Пейсон не глядя пожала протянутую ей руку, повернулась и быстро вышла из гостиной.
Не успела за миссис Пейсон закрыться дверь, как мисс Полли решительным шагом направилась на кухню.
