– Дорогие мои сограждане! – начал выступление премьер. – Со времен завоевания Александром Македонским Персии наша страна не попадала в столь отчаянное положение, вызванное лицемерной политикой некоторых стран. Тех, кто пытается полностью лишить Иран права голоса не только в мировой политике, но даже в пределах собственных границ, обозначенных международным правом. Речь идет о суверенитете нашей страны. Неуемное желание подчинить своим имперским желаниям волю иранского народа может вызвать лишь недоумение и справедливый гнев. Они пытаются манипулировать чувствами иранского народа, бесконечно испытывая его героическое терпение. Всему есть предел. Кто дал им право считать Иран своей колонией? Почему они рассматривают нашу страну как нефтяной колодец, из которого можно безнаказанно черпать свою выгоду? До каких пор они будут использовать богатства нашей страны, ничего не отдавая взамен? Я отвечу вам, мои сограждане. Это будет продолжаться до тех пор, пока перед ними будет стоять смиренный восточный нукер, сгибающий шею для очередных оплеух и подачек. Нукер, а не доблестный иранский воин! Они не привыкли, чтобы кто-то ставил под сомнение их фальшивое господство. Всех, кто выдвигает свои, справедливые правила игры, они считают преступниками, подлежащими наказанию. Так было раньше, но это не означает, что так будет и впредь.
Положа руку на сердце, признаюсь, я не хотел конфронтации. Ради блага иранских рабочих, вкалывающих с самого раннего утра до позднего вечера на нефтепромыслах и абаданском заводе, я готов был пойти на большие уступки. Однако протянутая рука дружбы иранского правительства оказалась лишь миражом. Алчность и жажда наживы не позволили им принять наши условия. Они хотят видеть в нас только нукеров, а не равных пайщиков на справедливую долю от природных богатств нашей с вами страны. Поэтому они пошли на беспрецедентный шаг. Правительство Англии ввело эмбарго на иранскую нефть, заблокировав наши порты. Под страхом жестких санкций англичане запретили всех танкерам перевозить иранскую нефть. Английские банки замораживают счета иранских фирм и уже не дают выгодных ссуд иранскому правительству, которые необходимы для развития нашей экономики…
Голос Мосаддыка задрожал, и этой минутной паузы было достаточно, чтобы вызвать очередной всплеск эмоций людей на площади. Миг, и толпа уже закипела. Мулла Зульфукар потребовал молчания – высоко подняв руку, он поднес затем к губам указательный палец. Толпа повиновалась, и вновь установилась тишина, нарушаемая разве что легкими протестными посвистываниями. На линии послышались потрескивания и шипения, после чего снова зазвучал голос Мосаддыка.
– Мы оказались перед лицом необъявленной войны. По достоверной информации, Англия этим не ограничится. Она готовит вооруженное нападение на нашу страну, и этот план усиленно обсуждается английским Парламентом на протяжении нескольких месяцев. Учитывая сложившиеся обстоятельства, иранский Меджлис издал «Закон о саботаже и халатности», согласно которому, любой иностранец, равно как и любое лицо, распространяющее клевету и антииранскую пропаганду, будут казнены именем закона нашей страны. Всем работникам нефтеперерабатывающего завода в Абадане, являющимся гражданами Великобритании, надлежит покинуть пределы Ирана в недельный срок. Все наши последующие действия будут не менее радикальными. Нас не пугают английские угрозы. Наша страна сильна, чтобы дать отпор любому врагу! Нефтяные колодца Ирана станут английскими могилами, если они посмеют прибегнуть к вооруженному конфликту с Ираном. Пусть любовь к своей Родине никогда не покидает ваши сердца, мои дорогие братья, сестры, сыны и дочери Великого Ирана. Да хранит вас Аллах.
Молчание царило еще несколько минут после выступления Мосаддыка – все мысленно обрабатывали полученную информацию, теряясь в догадках, что произойдет, если английские самолеты будут бомбить завод в Абадане и другие нефтяные объекты страны. Это станет генеральной репетицией Огненной Геенны, воплощенной в реальную жизнь. Но ненависть к англичанам перевешивала страх перед этой катастрофой. Люди на улицах и площадях Тегерана понятия не имели о том, что сами англичане вовсе не горели желанием быть вовлеченными в новую огненно-кровавую бойню. Им, как всегда, хотелось решить проблему преимущественно чужими руками, но исключительно во благо себе. В этом деле ребята из Туманного Альбиона не знали себе равных.
