Они сидели в салоне легендарного автомобиля ГАЗ-М20, известного в народе под названием «Победа». Высший и средний состав правоохранительных органов Советского Союза был обеспечен этими машинами, очень напоминающими по внешнему виду итальянский «Бугатти».
Рустам снял перчатки и усиленно дышал на посиневшие от холода ладони. Привольнов сидел за рулем с непоколебимым видом, наблюдая, как за лобовым стеклом автомобиля разыгрывается снежная пурга. Майор был спокоен, словно между ним и его попутчиком вовсе ничего и не произошло каких-то полчаса тому назад. Угрозу потери табельного оружия, а может, и того пуще – потери жизни Привольнов переносил со стоическим хладнокровием. Этот человек мог без особых хлопот восстанавливать свое психологическое состояние при любых обстоятельствах, отчего глаз его был всегда меток, а рука никогда не дрожала.
– У твоей сестры дом во Франции, верно? – голос Привольнова был плавным, без лишних вибраций.
– А чем дело? – насторожился Рустам. – Конфисковать решили?
– Попросись к ней гости, в парижский домик, – пропуская мимо ушей едкие замечания, продолжал майор.
– Мне проситься не надо, я могу туда поехать без спросу. Знать бы с какой целью.
– Придется тебе туда съездить. Дело серьезное, иначе тебя сюда не вызывали бы. Принцесса Ашраф больше времени проводит во Франции – Париж, Лазурный берег и так далее. Надо будет с ней встретиться на нейтральной, так сказать, территории. Чтобы не бросаться в глаза, тебе не нужно будет появляться в посольства СССР в Париже и других общественных местах с участием советских диппредставителей. Стараться избегать массового скопления людей и больше времени проводить в стенах дома родной сестры. При выходе на улицу минимально изменять внешность. Усики приклеить, очки надеть, шляпку широкополую. До того момента, пока не произойдет встреча с Ашраф. Это вполне нормально и объяснимо. Сам понимаешь, что если выйти на разговор с Пехлеви заранее, то можно подцепить нежелательных «хвостов», а встретиться надо в самый удобный и нужный момент. Как говорится, пульнуть, чтобы в «яблочко».
– И как долго я должен там оставаться?
– Точную дату не скажу, не знаю. Могут командировать через месяц, а могут через три или полгода. Как монетка ляжет. Там тебя выведут на людей, которые оказывают в правительстве Франции самые сильное содействие нашей стране в иранском вопросе. У них тоже есть свои интересы, которые частично совпадают с нашими. Принимать активное участие в процессах в Иране они не хотят, так как не обладают большими возможностями и не стремятся портить отношения с так называемыми компаньонами – они их на дух не переносят. Как и персы.
– Ты про англичан?
– Не только.
– А при чем тут Ашраф? – Рустам уже забыл, как сильно холодеют его ладони. – Что я должен с ней обсуждать?
– Брось, Керими. Все знают о том, что у вас прекрасные дружеские отношения, которые должны послужить нашим интересам. Тебе надо постараться, чтобы отношение принцессы к Советскому Союзу было тождественно отношению к тебе.
– Ну конечно, наивная Ашраф раскроет все свои карты перед советским дипломатом и возлюбит социализм всей душой, только потому, что она положила глаз на несчастного Рустама Керими. Плохо ты ее знаешь, Яков Сергеич.
– Я, может, и не хорошо ее знаю, друг южный, но есть товарищи, которые сталкивались с ней не раз и обладают полной информацией о принцессе. О ее привычках, слабостях, сильных сторонах. Так что не хвастай, Рустам. Ты не единственный, кто может ее охарактеризовать.
– Вот их и надо послать к ней, – Рустам продолжал свои опасные подначки.
– Послать можно кого хочешь и куда угодно, но эту миссию поручено выполнить тебе. Принимай как душе угодно, но задание придется выполнять. Сам знаешь, другого не дано.
– Еще бы, – вздохнул Керими. – Или все или конец, так?
– Молодец, Керими, хорошие фразы выучил назубок.
Где-то в душе Рустам лукавил, наигранно изображая нежелание встречи с Ашраф Пехлеви. После долгих лет ему было приятно и любопытно снова увидеться с принцессой, с которой он случайно встретился в иранской ковродельческой мастерской – когда там ткали подарок генералиссимусу Сталину. Как она отреагирует на него, эта вздорная, жесткая восточная леди? Существуют же в мире типажи-антагонисты, которые какими-то невидимыми нитями привязываются друг к другу… Ашраф и Рустам как раз и были такими антагонистами. Не имея общих взглядов на жизнь, они, тем не менее, искали общения друг с другом, возможно, где-то на подсознательном уровне.
