– Со мной? – удивлению шаха не было предела. – С чего это вдруг? Неужели хочет извиниться за все причиненные мне злодеяния? Нет, Мухтадир, в ее приезде кроется что-то опасное.
Мохаммед Реза не мог забыть, как подсыпали отравленный порошок в ванную его первой жены, египетской принцессы Фавзийе. По слухам, это было поручение самой Ашраф. Шах был склонен верить этим слухам.
– Здесь все четко изложено, Ваше Величество, – Икрами протянул письмо хозяину.
Зная, каким доверием пользовался полковник у своего хозяина, руководители операции решили передать секретное сообщение Мохаммеду Реза именно через начальника охраны, обходя секретариат и другие чиновничьи структуры во избежание утечки информации.
Пехлеви взял письмо и стал медленно читать. С каждой прочитанной строкой лицо монарха темнело, а руки стали предательски дрожать.
– Кто-нибудь кроме тебя знает про содержание этого сообщения? – продолжая смотреть на текст, спросил шах.
– Только те, кто мне его передал.
– Англичане и американцы просят, чтобы я ее принял. Зачем? – рассуждал вслух Пехлеви. – Почему ей понадобилось искать со мной встречу через них? Что затеяла эта девчонка?
– Может, это им нужно встретиться с вами посредством Ашраф?
– Почему они не обращаются напрямую, а посылают ее?
– Мы не сможем это выяснить, пока вы ее не примите, – логично рассуждал Икрами. Его раздражала нерешительность и чрезмерная подозрительность монарха. Прежде чем делать выводы, нужно выслушать Ашраф. Если в ее мыслях – свергнуть брата, то она не искала бы с ним встречи. Хотя принцесса способна прибегнуть к более изощренным приемам.
– Может, она вошла в сговор, чтобы скинуть меня с престола? – высказал догадку шах.
– Родного брата? – удивленно спросил Икрами.
– Ах, Мухтадир, у этой особы отсутствует понятие о кровнородственной связи. Все, что ее интересует, это ее собственное благо. Ради минутного удовольствия она готова послать на эшафот меня и всех, кто верой и правдой служит Пехлеви.
Мохаммед Реза положил письмо на рабочий стол и стал нервно прохаживаться по кабинету, положив руки в карман шелкового халата.
– Я всегда знал, что англичанам доверять нельзя, – в голосе монарха стала проскальзывать истерика. – Они хотят меня свергнуть, как и моего отца. Ты помнишь, как вначале они обхаживали его?
– Помню, шахиншах.
– А потом лишили трона, родины и близких, сговорившись с русскими! – голос Пехлеви задрожал, по мере того как его стали одолевать мрачные воспоминания. – Какое коварство! Теперь они хотят сделать то же самое, только на этот раз руками моей вздорной сестрички, – шах посмотрел на портрет своего отца и недовольно покачал головой. – Нет, у них ничего не выйдет. Я не приму Ашраф.
– Осмелюсь сказать, шахиншах, это будет очень неосмотрительным шагом.
– Не твое дело, – отрезал Пехлеви.
– Ваша жизнь и безопасность династии входят непосредственно в мои обязанности, – не уступал полковник. – Это дает мне право постараться убедить вас выслушать вашу сестру и узнать, с какой секретной миссией она прилетела в Иран. Мы должны обладать всей информацией, исходящей из разных источников. Если американцы и англичане решили послать к вам Ашраф, значит, им есть что вам сказать. Мы должны это узнать, чтобы предотвратить все нежелательные для вас последствия. Примите ее, шахиншах. Как ваш верный слуга, я прошу вас об этом всем сердцем.
Шах остановился и грузно сел в кресло, нервно подергивая широкие рукава халата.
– Хорошо, Мухтадир, я сделаю как меня просят. Я приму ее, как бы тяжело мне это ни было, и выслушаю, но я требую, чтобы после встречи она немедленно покинула Иран.
Приезд принцессы в Тегеран был невыгоден не только ее брату. Узнав о ее приезде, премьер Мосаддык тоже пришел в бешенство: это еще больше накаляло и без того напряженную ситуацию в стране. Все ощущали опасность для себя, которая исходила от этой миниатюрной, но очень властной женщины. Надо отдать ей должное, Ашраф могла наводить страх на сильный пол. Воистину, невидимые глазу у-хромосомы сыграли с Великой Персией злую шутку.
– Все будет сделано так, как вы прикажете, шахиншах, – обрадовался Икрами. – Уж я об этом позабочусь.
Икрами вышел из кабинета, направляясь к выходу, где его ждала служебная машина. Проходя мимо зала, полковник заметил фигуру главы дворцового хозяйства, на редкость милого человека, по совместительству осведомителя МИб. Это он вышел на Икрами и передал письмо своих лондонских хозяев для Мохаммеда Реза. И сейчас он ждал от Икрами четкого ответа: да или нет – готов ли шах принять сестру. Но при виде Икрами ему без слов стало ясно, что ответ положительный. Икрами понимал, что сейчас ради борьбы с общими врагами необходимо объединить усилия, отставив в сторону личные пристрастия.
