– Понятно… – вздыхает отец. – Теперь я… я попробую связаться с твоей матерью, подумаем, что следует предпринять.
– Зачем связаться? Она вообще где?
– На стороне Полночи. Там какие-то неполадки с криптами, нужно продлить ряд арендных договоров.
– Как же она туда попала? У нас Портал закрыт.
– Вот как? Нет-нет… у нас в Страсбургском соборе все было нормально.
Мы обменялись еще несколькими незначащими фразами и распрощались. Отсутствие матери – это благая весть. Иначе она очень скоро появилась бы в школе. И как только она узнает, что Эйр и Сюзель подрались…
Я не стану дописывать эту фразу.
Поговорить с Эйр. Такова моя главная и единственная миссия на нынешний вечер.
Я долго раздумывал о том, как найти волчицу, пока вдруг не сообразил, что верный способ у меня в руках – телефон!
Я лихорадочно открыл сетевые приложения, ввел ник, которым пользуется Эйр, – Колен его надписывал повсюду, сложно было бы не запомнить. Как и следовало ожидать, в самых старых сетях она отсутствует.
Но в самых современ… Джекпот мой!
Я просмотрел историю посещений волчицы и едва сдержался, чтобы не испустить победный клич под вечереющим небом.
Когда-нибудь придется поговорить о том, как опасно открыто пользоваться сетями, но сегодня вечером я готов поблагодарить волчицу за наивность, с которой она пригласила своих читателей собраться «у трибунала», чтобы сделать фото «в рамках социального партнерства».
Установить, где она, нетрудно: я узнал водокачку у нее за спиной. Эйр находилась в нескольких кварталах от Полночной школы, и я поспешно отправился туда. Но, прибыв на место, засомневался.
Как к ней подойти?
– Тррр тррр тррро? – спросил Кальцифер.
Он вился у меня над ухом, я похлопал его по теплой и мягкой голове. Хотел бы я втолковать вам, что полночники и их огоньки не нуждаются в словах для взаимопонимания. Но ведь вы в буквальном смысле сидите в моей голове, зачем же я стану вам вешать лапшу на уши?
Важно то, что я понимаю отнюдь не все, что рассказывает Кальцифер, от природы болтливый (интересно, в кого это он пошел). Поэтому я привык воспринимать его щебет как фоновый шум, обычно приятный, если только ему не вздумается посвистеть у меня прямо над ухом ни свет ни заря.
– Да, да, – успокаиваю я его, почесывая то место, где находился бы его подбородок, не будь Кальци просто круглым сгустком энергии.
Он мурлычет, и я понимаю, что он доволен.
Наконец я заметил Эйр: с книгой в руке она принимает разные позы перед телефоном, поставленным на треногу. Это ужасно, потому что снимать она явно не умеет; мельком заглянув в ее аккаунт в инстаграме (шесть тысяч подписчиков тем не менее), я понял: ее счастье, что она красива, потому что в настройке кадра она разбирается не лучше какой-нибудь рыбки.
Я делаю глубокий вдох. Сжимаю и разжимаю кулаки.
«Давай, Кальцифер, – бормочу я. – Нужно идти…» – И я двинулся вперед. Теперь я хорошо представляю то состояние, которое автор описывает как одиночество своего героя. Сложность этого положения…
Эйр внезапно умолкла, и я понял, что она увидела мое отражение в камере. Она вышла из роли комментатора, книга выпала из руки. Но волчица еще не успела обернуться, как Скель уже подлетел ко мне, пульсируя от ярости.
– Чего ты хочешь от нас?
– Спокойнее, Скель, – предупредила его Эйр.
– Я?!
– Говорю тебе: спокойнее!
Если бы огоньки умели плеваться, он бы, несомненно, в меня плюнул. Вместо этого он окинул меня злобным взглядом и пристроился на плече своей хозяйки.
– Что тебе надо, Сен-Поль?
Эйр произносит мое имя как ругательство, и в глазах ее я не вижу больше ни печали, ни страдания. Только стальная воля и, возможно, – лишь возможно! – намек на желание разорвать меня живьем в клочья.
– Я… я только хотел поговорить с тобой.
– Я занята, – бросила она, поворачиваясь ко мне спиной. – Иди болтать с твоими дружками. Я так понимаю, у тебя их достаточно, нет?
– Про вчерашнее…
– Не говори мне про вчерашнее. Никогда.
– Ноэми дура.
Волчица оглянулась на меня через плечо, и я догадался, что она встревожена. Как будто выжидала, какой подвох я ей готовлю.
– Неудивительно, – рокочет Скель. – Она же вампирка.
– Мы не все такие, как она, – решился возразить я.
Эйр нагнулась, чтобы настроить высоту треножника.
– Супер. Вы все гении, спасибо за то, что существуете и озаряете собою весь мир. Но сейчас, если не возражаешь, я бы хотела, чтобы ты убрался восвояси.
Ну что же, она явно не расположена принять протянутую мною руку. Но я ведь не затем сюда пришел. Мне нужны ответы.
– Но, может, ты… Ты можешь мне рассказать, о чем говорили вчера в кабинете директрисы?
Эйр выпрямилась.
– Что-что?
– Вчера… вы с моей сестрой… были у директрисы. Сюзель исчезла, и я хотел бы…
– Зачем ты достал свой телефон? – перебил меня Скель.
Я глянул на свою руку, ничего не понимая.
– То есть? У меня просто нет кармана, а что?
– Ты нас записываешь?
От спокойного тона Скеля я остолбенел. Я НИКОГДА еще не видел его таким спокойным.
– Ты решил, что будет забавно заснять нас и потом показать своим дружкам?
– Да погоди ты! – попытался я его унять, взмахнув рукой. – Ты ошибаешься, я просто хо…
ЩЁЛК.
Я дал маху.
