Мадлен О'Нилл не просто давняя подруга Гейл Маккинли, она ещё и деловая женщина. Сказала — сделала. Потому что обещала. И самой очень интересно было. Откладывать проблему в «нижний ящик стола» она не стала. На следующее же утро, прямо с десяти ноль-ноль, когда московская чиновничья братия уже на местах, она кое-что предприняла. Оу, йес! Оф корз! Ей не составило большого труда установить кому принадлежит оставленный Гейл телефон, а потом и кто он вообще такой, этот бомбила-переводчик Виктор Богданов. В Москве, сотрудникам посольств, да и в других странах тоже, многие двери открыты. Для пресс-атташе — это точно. А такой, какой была Мадлен О'Нилл, с её связями во всех министерствах и ведомствах, тем более. Она начала не с официальных связей, это естественно, месяцы могут уйти, если не годы жизни, а с личных, приватных. Сначала в Управление МВД России позвонила, потом в Департамент транспорта и связи, потом… далее по длинному списку. Не забыла и Минобороны, и Генпрокуратуру РФ, и ФСБ (мало ли). И вот… Ещё первая половина дня не закончилась, а на факс пресс-атташе посольства, с пометкой «лично» для Мадлен О'Нилл, одна за другой «стартовали» бумаги: «Данных нет», «Данных нет», Некоторые были довольно фамильярными, кроме «Извините, дорогая, Мадлен, но…», заканчивались приглашениями поужинать или обязательно созвониться. На такие подписи Мад не смотрела, откладывала в сторону, и наконец… Вот она! Поступила бумага из Министерства обороны РФ, от одного клерка. Где чётко русскими буквами значились общие данные Героя России, полковника ВВС России, Богданова Виктора Владимировича, и факсовая копия фотографии с его личного служебного дела, со списком различных наград и медалей. Без подписи отправителя.
Информация поступила в предельно скупой и лаконичной форме, но Мад этого было достаточно. Она несколько раз прочла содержание, пока до неё не дошёл смысл информации. Он — полковник! Герой России!! Третий раз она уже читала с удивлённо-восхищённым лицом, едва сдерживая чувства, даже её помощник смущённо опустил глаза. Ну надо же! Ну, Гейл, ну счастливица, опять выиграла миллион! Он не бомбила-переводчик, оказывается, он Герой! Герой, оказывается! А прикинулся водителем… Зачем, почему? Герой страны… В её родной, например, Америке, в Соединённых Штатах, это более чем Сенатор, это — национальная величина. И в России так же, только к ним относятся… ммм… несколько скромнее. Только на официальных приёмах — она видела — пафос и внимание к ним, это непременно, а так… Этот — как его? — Богданов, видимо такой. Но — полковник. Не просто военный, он Герой России… Интересно, где он Героя получил? Понятно, что в Кремле, за что?
Хотя последнее выходило за рамки её «девичьего» интереса, она хорошо знала, что второй секретарь посольства, сотрудник ЦРУ, «серый кардинал», всё, что ему нужно, уже давно знает или разрабатывает, на том и «сидит», и копии со всех факсов посольства он получает одномоментно. У него штат помощников.
А у Мад, пресс-атташе американского посольства, всего их три. Но это детали. Не относящиеся сейчас к делу.
Из ФСБ России бумаги не пришло. И не надо. Мадлен держала листок в руках, и в который уже раз поражалась удачливости и везению, одновременно с этим бесконечной беспечности и небрежности своей подруги. Счастливица! Разве так можно? Дома за ней ухаживает самый дорогой жених Америки, Стив Гладстон, здесь Герой России, а она… Спокойно бросает… обоих и… улетает. Да, улетает. Как это? Как это можно?!
Будучи порывистой и импульсивной, когда касалось её самой или близких ей людей, она не стала откладывать информацию на завтра-послезавтра или доверяться почтовому ящику в Интернете. Немедленно связалась с Гейл по спутниковому телефону.
— Гейл, дорогая, это Мад… У меня для тебя срочная информация.
В телефоне слышалась музыка и голос Джона Андерсена с альбома «Page of Life»
— Да, Мад, здравствуй, рада тебя слышать. Как ты? — Ответила та.
— Отлично! Слушай и не падай. Ты сейчас где?
— Я в машине. На шоссе….
— Гейл, немедленно припаркуйся. Пожалуйста! У меня потрясающая новость.
Через несколько секунд Гейл ответила. Музыка уже не звучала.
— Да. Я слушаю.
— Ты встала?
— Да, припарковалась. Говори.
— Он не водитель такси. Он офицер. Я узнала. Герой России. Твой этот…
— Кто? Богданов?
— Да, твой Богданов. Который песни тебе пел. Мне бы так кто… Уже другим тоном, заметно растерянным, Гейл тихо ответила.
— Я догадывалась…
— Так чего же ты…
Гейл перебила. В голосе слышалось волнение.
— Мад, я в таком состоянии была, но… Виктор… он…
— Что «он», что? Он Герой этой страны. Ты понимаешь? Он офицер. Он может сегодня-завтра получить назначение на должность министра обороны или своих войск. А не бомбила-переводчик. У них тут ротация сейчас… Туда — сюда, сюда-туда… Признаки военной реформы… Понимаешь? Не разберёшь. Ты меня слышишь?
