В том, что удастся повести за собой основную часть членов левого СЛ, лидеры СЛ-РОХ не обманывались. Летом 1945 г. СЛ имело 200–250 тыс. членов и организации по всей стране. В «низах» и среднем звене партии усиливалось влияние тех, кто еще недавно находился в «лондонском» лагере. В ее руководстве заседали как людовцы, близкие ППР (В. Ковальский, А. Кожицкий), так и те «центристы» (С. Баньчик, Б. Сциборек), которые склонялись к соглашению с Миколайчиком. На митингах, особенно в Краковском, Келецком, Жешовском, Люблинском воеводствах, звучали откровенно антикоммунистические, антисоветские и антисемитские призывы («Требуем от правительства защиты границ 1939 г. на Востоке»; «Требуем изгнания из Польши всех евреев»; «Правительство не может обеспечить интересов народа. Почему оно позволяет русским все вывозить из Польши?»; «К выборам нужно добиться вывода Красной Армии»). Раздавалось и типичное требование людовцев: «В правительстве должны быть только людовцы, поскольку нас 75 %, и мы – главная сила страны». Миколайчик поддерживал эти настроения. В конце июня он говорил о необходимости «очистить» движение от сторонников ППР: «Должно быть одно СЛ. Тот, кто является пепеэровцем, должен уйти в ППР, в партии останутся только людовцы». К приезду Миколайчика большинство организаций С Л уже контролировалось его сторонниками. Преобладали требования смены руководства в стране в целом[767].
В начале июля 1945 г. на базе Исполкома 1939 г. и подпольного Центрального руководства было учреждено временное высшее руководство людовцев во главе с патриархом движения В. Витосом и С. Миколайчиком как вице-председателем и лидером будущей единой крестьянской партии. Тогда же были выработаны директивы, фиксирующие политические цели и программу действий. Речь шла о проведении в ближайшее время выборов, продиктованных «национальной и государственной необходимостью»; говорилось о внешней политике, где союз с СССР признавался необходимым, но равноценным союзам с Великобританией и Францией, при «углублении нашей старой дружбы с США». Ряд пунктов настолько противоречил правительственному курсу, позициям ППР и интересам СССР, что их авторы так и не решились опубликовать документ. Излагались намерения изменить границы с СССР, вернуть Польше Львов и нефтеносные районы Дрогобыча, удалить советские войска и части НКВД; сделать все для освобождения из заключения участников борьбы против коммунистов и СССР; возвратить эмигрантов и тех поляков, кто находился в СССР; принять с Запада «сплоченными рядами польскую армию, ее офицерские кадры и тех, кто боролся в подполье, усилить ими командный состав Войска Польского», «стремиться удалить из него лишнее число советских граждан»[768].
Ситуация, сложившаяся после прибытия Миколайчика, обсуждалась 11–12 июля 1945 г. на пленуме ЦК ППР. Выступавший с докладом В. Гомулка подтвердил свое положительное отношение к расширению правящей коалиции, высказанное на пленумах в феврале (все демократические партии могут занимать ответственные должности; Польша не может строиться на старых основах, она должна быть демократической, все остальное – предмет дискуссий, и ППР к ним готова) и в мае 1945 г. (ППР боролась и будет бороться за демократическую Польшу; кто не против нас, тот с нами). Но он высказал опасения, что людовцы во главе с Миколайчиком могут стать «троянским конем», объединив все антикоммунистические силы. Задача партии – не допустить этого и вести курс на раскол ПСЛ. Опасность изоляции коммунистов обозначилась в связи с расширением «поля разногласий» между ППР и колебавшейся вправо ППС. Тем не менее, на совместном заседании руководителям удалось договориться об общих действиям по текущим политическим вопросам. Таким вопросом было отношение к Миколайчику и его сторонникам, которые ориентировались на приход к власти в стране[769].
Выдвинутые людовцами задачи соответствовали распространенным настроениям, но не соотносились с возможностями, внутренними и международными. Однако атмосфера в стране и верность «старым» вождям местных организаций СЛ позволили 22 августа 1945 г. объявить о создании новой партии – Польское стронництво людовое (ПСЛ). Организационное оформление оппозиции коммунистам состоялось. КРН, согласившись на легализацию ПСЛ, разрешив осенью 1945 г. восстановление Стронництва працы (СП), приняла единственно возможные решения. Национальным демократам (СН) в открытой деятельности было отказано, так как Манифест ПКНО исключал легализацию националистических, по определению тех лет – реакционных, сил{278}.
