Он ведь почти не знал Меган. Родилась ли она в Кенгьюбери или в свое время переехала сюда? Кто ее родители? Встречалась ли она с кем-то из Департамента? Была ли замужем? Они вроде дружили (или приятельствовали), но что-то мешало ему расспрашивать Меган о личном, а ей – открыться ему самой. И вряд ли дело здесь в разнице в возрасте. Скорее – в некой невидимой стене, которую Меган Броуди выстроила между собой и всеми другими.
Со временем Ник, конечно же, узнал о ее семье. В тесном коллективе слухи – особенно такого рода – неизбежны. Несправедливость и тяжелая судьба шли рука об руку со многими агентами, но Меган это коснулось сильнее прочих. Не потому ли она была так закрыта и так неохотно впускала в свою жизнь других?
Она отправилась по делам, оставив в коридоре шлейф свежих и вкусных, совсем не приторных духов. Ник водил носом и вдыхал их, словно кот – запах рыбки. Встряхнулся и направился в кабинет.
Колдун, что пустил его жизнь под откос, сам себя не найдет.
Меган застыла напротив впечатляющих размеров особняка в элитном районе города, где жила Шейла Макинтайр. Она надеялась, что встреча с актрисой прольет свет на загадочные перемены, произошедшие с ней много лет назад. Те, что и привели к закрытию суперуспешного сериала «Дикая охотница». А сериал, по словам Ганса, был весьма популярен – как и сама Шейла Макинтайр.
Ганс первым подошел к двери. Взглянув на Меган, постучался. Стук пришлось повторить еще дважды – никто не торопился открывать.
– Миссис Макинтайр, это полиция, – подала голос Меган. – Нам нужно с вами поговорить.
Расчет оправдался – замок щелкнул в ту же секунду. Актриса боялась встречи то ли с журналистами, то ли с надоевшими поклонниками… Как бы то ни было, дверь отворилась. Меган потребовалось полминуты, чтобы осознать, что стоящая перед ней женщина и есть та самая Шейла Макинтайр – куколка-блондинка в обтягивающем стройное тело кожаном костюме со спектрографий.
Куколку здорово потрепала жизнь.
Она выглядела старше своих сорока с небольшим. Фигура расплылась, из резинки брюк для йоги неаппетитно свисали бока. На слегка отекшем лице – ни грамма косметики, что актрису никак не украшало. Темные волосы легли вдоль бледных щек немытыми прядями, светлые корни отросли на несколько сантиметров, из-за чего прическа Макинтайр смотрелась еще жальче.
Меган представила, как вытянулось бы лицо Германа, преданного поклонника Макинтайр. Вряд ли бы он сейчас так радовался встрече с «дикой охотницей».
– Что вы хотели? – хрипло спросила Макинтайр и поморщилась от звука собственного голоса.
Судя по всему, она мучилась от жуткого похмелья, потому что не отрывала руки от виска.
– Мы по поводу вашей сестры, Эмили Махоуни.
– Да… – Рука дернулась и опустилась вниз.
Глаза с красной сеточкой сосудов настороженно впились в лицо Меган.
– Нам очень жаль, но вечером шестнадцатого числа она была убита.
Меган собиралась добавить, что они пытались сообщить ей эту новость раньше, но не смогли дозвониться… Не успела. Глаза Макинтайр закатились под веки. Мертвенно побледнев, она рухнула назад и некрасиво распласталась на полу.
Ганс вызвал по рации скорую. Осторожно подхватив актрису, перенес ее на диван. Только пройдя следом за ним, Меган поняла, какой же в доме царил бардак. В гостиной стоял отчетливый запах несвежей еды. Ее источник обнаружился очень скоро: на стеклянном журнальном столике валялись засохшие куски пиццы. Не лучший выбор для актрисы. Пустые бутылки из-под сладкой газировки и алкоголя, растекшаяся по стеклу лужица кетчупа… Меган брезгливо поморщилась. Ее вдруг посетило желание макнуть палец в пятно – а вдруг это не кетчуп, а кровь?
В кухне, в которую Меган пришла за стаканом воды для Макинтайр, обстановка была не лучше. Гора немытой посуды – при том, что в доме имелась посудомоечная машинка. Грязное полотенце на столе, полном крошек и подозрительных пятен. Да уж, поборницей чистоты, страдающей от мизофобии, Шейлу не назовешь.
Очевидно, что ни о какой домработнице и речи не шло, а это странно, если учесть былую популярность Макинтайр. Хотя стоило сделать акцент на слове «былая». Если судить по ее внешнему виду и пустым бутылкам из-под виски в ведре, дела у нее сейчас и впрямь шли не слишком хорошо.
Скорая не потребовалась – в аптечке в ванной Ганс нашел нашатырь или какой-то его колдовской аналог и быстро привел Макинтайр в чувство. Прямо истинный рыцарь, спасающий прекрасных дам. Хотелось бы верить, что им руководило не желание понравиться бывшей звезде, а искренняя участливость.
Едва «дикая охотница» обрела способность говорить, она выдавила:
– Как? Как это произошло?
– По всей видимости, кто-то назначил вашей сестре встречу в парке неподалеку от ее дома. Ее убили ножом в грудь, она не сопротивлялась. Похоже, что убийца был ей хорошо знаком.
– Боже, – прошептала Макинтайр. Откинулась на диванную подушку и долго лежала с закрытыми глазами, не шевелясь. Если бы не вздымающаяся грудь, можно было решить, что она вновь потеряла сознание. – Не верю…