Все несколько сложнее, чем я думала. Не все я знаю о своем мужчине, далеко не все. И изучила его не так хорошо, как сама себе представляла.
Обдумав слова Фалче я выдала еще более качественную версию своей благонадежности.
— Я связана контрактом с Таш, так что куда же я уйду? Мне и уходить пока некуда.
— Пока? — каким-то немыслимым образом Ральфар услышал из моего спича только одно слово.
— Ладно, — сдалась под натиском. — Скажи, что мне надо сделать, чтобы ты перестал меня подозревать во всякой ахинее?
— Выйти за меня замуж, — бескомпромиссно заявил Ральфар. — Завтра нельзя, некрасиво после поединка. Но и ждать дольше недели ни к чему. На свадьбе будут лилии и платье из шелка. Я слышал, вейрам это нравится.
— Где слышал? — спросила заторможено.
Ральфар уклончиво отвел взгляд:
— Случайно слышал. Вейры говорили, что хорошо в этом сезоне замуж идти с лилиями и в шелке.
Получается, Ральфар обдумывал нашу свадьбу еще до бала? Он мог бы сказать мне. Просто чтобы я не придумывала себе одинокое будущее и не пыталась примирить себя с ним.
Мне очень хотелось разозлиться на Ральфара, который невольно заставил меня пройти камерный ад, где я день за днем расставалась с ним в мыслях. Но не смогла.
Просто представила, как он окольными путями выпытывает у незнакомых вейр, что нравится невестам, и не смогла.
Это утром было самым тихим за прошедшие дни. Никто не пытался надеть на меня привезенные платья, и мне больше незачем было метаться по столице. Я уладила все дела и взяла слуг клана Арно под покровительство клана Таш. Вопрос с вассалами дома еще рассматривался, но требовал времени. Пожалуй, после свадьбы его будет решить легче. У меня будет нужный статус.
Но я пока не планировала сливать дом Арнош с домом Таш. Просто держать их вместе. Привычка не класть все яйца в одну корзину въелась на подкорку. В конце концов, когда Фир станет императором, он наверняка отдаст клан Арнош мне обратно.
В общем, сразу после завтрака я забрала Дафну навестить место праха Арношей. Ральфара взять с собой не удалось. Он улетел сразу после утренней ванны, стартанув прямо из окна спальни в страшной спешке. Сказал, что ему нужно кое-что уладить напоследок. Я примерно догадывалась, куда он так торопится, поэтому собрала ему корзину еще до завтрака и заставила взять ее с собой.
А сама взяла дочь, карету и немного артефактов, которые привозят с собой живые для ушедших.
У драконов не было кладбищ.
У драконов был сад. Огромный, засаженный редкими белыми деревьями с серебристой или багряной листвой, а вместо дорожек, между деревьями петляли тонкие ручьи, в которые не рекомендовалось наступать ни при каких обстоятельствах. Именно в них опускали прах.
Лично я подозревала, что прах Арнош просто развеяли по ветру, но.… место памяти и скорби было именно тут.
Отдав дань уважения около одного из ручьев, мы сели в одной из проходных беседок. Сад Скорби с утра был чарующе-пуст, только в воздухе навеки застыл запах пепла и пряных благовоний, а вода горела от тысяч опущенных в нее артефактов.
Здесь практически не работала магия. Белые деревья прекрасно сосуществовали с водой, оставаясь вечно юными, и гасили магические импульсы.
Притихшая Дафна, за весь завтрак сказавшая всего несколько слов, ходила за мной хвостиком, вцепившись в корзинку с поминальными травами и цветами.
Лучшего места для разговора и придумать было нельзя.
Первым делом мы крепко обнялись, потому что инстинкты всегда правдивее слов.
— Здесь почти не работает магия, — сказала тихо. — Мы можем говорить откровенно.
Я с усилием тряхнула головой, отгоняя назойливые мысли, отстранила от себя дочь, рассматривая ее на расстоянии вытянутой руки. Такая хорошенькая. Светловолосая, с блестящими сапфировыми глазами, столь редкими для Вальтарты. Она вполне могла составить счастье младшему Варху. Да кому угодно она могла составить счастье, если бы скотина Лаше не испортил ей репутацию.
А может и Талье руку приложила.
Я перешла на магическое зрение и помрачнев обнаружила несколько сбитых нитей. Кто-то пошуровал в ауре моей дочери. И я даже знаю кто.
Впрочем, это ждет. Есть вещи опаснее и важнее.
Я силой усадила Дафну на диван потребовала:
— Расскажи мне все. С самого начала.
Дафна грустно огляделась. Чувствовалось, что ей не хочется портить такое тихое утро. И я вдруг подумала, что, возможно, её дни в клане Кайш после моего отъезда вовсе не были добры.
— Я расскажу все, мам, — наконец выдавила она. — А потом ненавидь меня сколько хочешь.
Она заметила интерес отца к Талье Гроц не сразу. Хотя бы потому что это Талье Гроц интересовалась отцом, но.… Им многие интересовались. Овдовевшие вейры, обедневшие аристократки, вчерашние дебютантки, не сумевшие вовремя выскочить замуж, липли к нему на каждом балу, считая его жену-иномирянку недостойной соперницей.
Стыдно признаться, но она чувствовала удовлетворение, когда те, наконец, понимали, что невидимая жена с пятью единицами магии, легко опрокидывает их планы кончиком мизинца. А ведь эта самая жена даже не считает нужным кататься по балам, контролируя своего мужика.
