– Вы правы, это все, что осталось на сегодня в японском флоте. Рассуждаем здраво – броненосцам Того сильно досталось, к тому же полуторный боезапас, выпущенный по нам, здорово попортил орудия, несколько двенадцатидюймовых пушек превратились в обрубки. Так что через месяц, не раньше, в строй вернуться могут, и это при оптимальных для самураев раскладах, – Фелькерзам всматривался в бинокль, хотя здоровенный корпус транспорта «Анадырь», на несколько тысяч тонн большего водоизмещения, чем флагманская «Россия», мешал наблюдению.
– Что касается броненосных крейсеров, то «Якумо», получивший торпеду, и нещадно избитый «Ниссин» вне игры пару месяцев. «Идзумо» и «Адзуму» я видел третьего дня – вид у них был неважнецкий. Так что появиться сегодня они не смогут – времени просто не хватит ни при каких расчетах. Это нужно было дойти до порта, исправить повреждения, загрузиться углем и рвануть с места, учитывая, что до этого долго носились двое суток, стреляли и получали в ответ снаряды. Они вне игры недели на три, если пессимистично посчитать, никак не меньше, но может быть больше. И это очень хорошо, Карл Петрович – у нас «Ослябя» и «Россия», и за три недели можно многое натворить, если к делу подойти творчески и с вдохновением!
Фелькерзам хищно оскалился, лизнул языком изуродованную, ставшую «заячьей» губу. Бороды и усов не имелось, а лишь безобразная щетина, торчащая клочьями из обожженной кожи – шимоза всю растительность выжгла и личину изуродовала, как у Гуинплена[1].
– Поиграем в панику и прятки немного – пусть думают, что за нами гонятся, силенок потратят. А там устроим гонки по морю – кто не убежит, тот попадется. Пусть эти волки на своей шкуре почувствуют, каково в овец превращаться. Как бы вы их атаковали, Карл Петрович?
– Попробовал бы догнать «Ивате», – осторожно произнес Иессен, – на «России» и замедлить ход, чтобы «Ослябя» догнал. А там вдвоем постараться уничтожить вражеский корабль.
– Хм, ладно. Но ведь тогда крейсера Уриу убегут, – Фелькерзам усмехнулся. – Одной «Светланой» им бой не навяжешь, а «камушки» – ходоки изрядные, даже после долгого похода, но совсем не бойцы, чтобы с «Нанивой» драться один на один – у них пушки 120 миллиметров, а на японцах 152. Только огребут понапрасну. Зачем нам такое мочилово?!
– И что вы предпримете, чтобы избежать этого самого, кхм, «мочилова» – какое странное слово. Ведь оно означает стирку, как мне кажется?
– И не только стирку – «замочить» можно врага! Своеобразный синоним убийства в жестокой форме.
– Понятно, и как вы будете, ваше превосходительство, устраивать это самое «мочилово» японским крейсерам?
– «Россия» и «Светлана» имеют превосходство в скорости над ветеранами китайской кампании. Догоняют за три часа и топят. «Камушки» ловят «Чихайю», «вспомогала» и, по возможности, «дестройеры». «Ослябя» за «Ивате» не гонится, зачем попусту бегать? Пусть идет вместе со всеми и добивает «подранков». «Ивате» в спокойном море просто уйдет от «России», Карл Петрович, и даст возможность убежать крейсерам Уриу. И мы, погнавшись за журавлем в небе, останемся без синицы в руках, зато с дятлом в заднице и массой нехорошего послевкусия.
От слов Фелькерзама Иессен смутился, все же такой странный юмор командующего был непривычен, куда понятнее обычные «загибы». А Дмитрий Густавович, словно ничего не заметив, продолжал говорить:
– Мы будем теперь воевать совсем иначе – боевые корабли должны не охотиться на транспорты и рыбацкие шхуны. Этими лоханками у нас будет, кому заняться, и в самом скором времени. Цель «Осляби», «России» и «Громобоя» одна – безжалостное уничтожение японских бронепалубных и вспомогательных крейсеров, потому и нужно перевооружить, чтобы залпы для врага стали убийственные. Их у японцев осталось меньше десяти, и если мы их еще сократим, хотя бы на треть, то некому будет гоняться за нашими вспомогательными крейсерами. А действия последних и будут поддерживать 1-й и 2-й боевые отряды, как только мы отремонтируем броненосцы и «Громобой». И не искать генерального сражения, а ловить врага на ошибках и стараться бить по частям!
Фелькерзам с трудом вытолкал из глотки слова и с минуту пересиливал болевой спазм, который его скрючил. Вытерев лицо платком, продолжил говорить как ни в чем не бывало:
– «Олег» и «Богатырь» займутся вспомогательными крейсерами – после того, как истребят несколько штук, японцы отодвинут дозорную цепь к Дажелету и будут отправлять для ее поддержки броненосные крейсера. И все вместе держать не смогут, а мы станем постоянно нападать. И куда они от нас денутся – мы им мореплавание вдоль западного побережья под корень изведем, любую рыбацкую лодку топить станем. И терпеливо ожидать своего момента – ждать ошибки легко, если знаешь, где и когда противник ее сделает! Обманывать нужно врага, любое коварство допустимо! А еще лучше выманить туда, куда они обязательно придут – вот как на этот транспортный караван, стоило миновать ему Цугару!
– Вы решили начать наступательные действия?!
