– Не волнуйтесь, торопиться нам некуда. Я вам позвоню. Ну ладно, Шарма-джи, – доктор Пол поднялся и слегка сложил кончики пальцев, – я немного тороплюсь…
– Конечно, конечно, доктор-сахиб. – Отец открыл дверь, поклонившись ему почти в ноги, а потом закрыл ее, повернулся, покачал головой и потер лицо.
– Что случилось с Аммой?
Отец поднял голову и увидел Ади, стоявшего в другом конце обеденного зала.
– Да так, ничего. Тебя пораньше отпустили?
– Нет, сейчас два тридцать. Я всегда в это время прихожу домой.
– Хм, – только и ответил отец и направился в спальню.
– Амму положат в больницу?
Отец остановился и нахмурился, глядя на большие часы в коридоре, древние часы с маятником, установленные на высокой деревянной башне, которые он часто называл итоговым наследством Ади. Каждый раз он смеялся, но это был мрачный смех, каким он смеялся над чем-то совсем несмешным, например, новостями о зарубежных поездках премьер-министра, поэтому Ади старался не смеяться вместе с ним. Он все равно не понимал эту шутку.
– Она постоянно жалуется на боль. Но как нам понять, всерьез ли это? Нам повезло, что я оказался здесь утром. Если бы она была одна или… – Отец покачал головой и снова вздохнул, а потом все-таки побрел в гостиную. Заняв место на диване, он потянулся за пультом.
– Папа? – Ади сел на диван. – Я могу заботиться об Амме. Я могу несколько дней не ходить в школу. Скоро контрольные, так что я могу остаться дома и получше подготовиться.
Отец посмотрел на него и улыбнулся, и на этот раз без малейшей насмешки.
– Все в порядке. Мы справимся, не волнуйся. Ты и так много для нас сделал. Сейчас тебе следует сосредоточиться на учебе.
Ади был поражен, услышав в тоне отца мягкость и даже некий намек на благодарность.
– Папа, – рискнул он, воодушевленный этой переменой, – почему Амма несчастна? Она не хочет с нами жить?
Отец покачал головой и горько рассмеялся.
– Представь, каково ей с нами? В ее жилах течет королевская кровь, она привыкла жить во дворце. В свое время она была королевой маленькой деревни. Ее
Он назвал задницу забавным словом – чуттар, – и Ади поджал губы, чтобы ненароком не хихикнуть.
– Она была королевой?
– Да какой королевой? – Отец прихлопнул невидимую муху. – В те дни каждый
Ади был ошарашен такими неуважительными словами отца о его родителях. Он всегда думал, что тот злится на реформу, лишившую его всего наследственного имущества. Теперь он был сконфужен.
– Я помню, были времена, – продолжал отец, переключая каналы и разговаривая по большей части сам с собой. – Раньше в нашем доме было очень много людей – детей, слуг, родственников, жителей деревни, просивших об одолжении. Здесь было оживленнее, чем на рыбном рынке. Теперь никого не осталось. Ее муж перестал жить задолго до смерти. Ее любимый сын сбежал в Америку. А второй, никчемный сын, – лишь скромный чиновник с квартирой меньше, чем раньше была ее кухня.
– Но ты ученый, – сказал Ади. – Разве это не лучше, чем король какой-нибудь деревни?
Отец вновь рассмеялся, на этот раз чуть смущенно, как будто забыл, что Ади слушает.
– Да, но кто в силах объяснить это старухе? Вот в чем проблема, когда не отпускаешь прошлое, понимаешь? Ты становишься пленником собственных воспоминаний. Иногда нужно просто принять то, что произошло, и двигаться дальше. Жизнь продолжается, она ни для кого не останавливается, в этой машине нет задней передачи. – Отец снова засмеялся, и Ади почувствовал в его голосе перемену. Теперь он говорил громче, как ребенок, переигрывающий в школьной пьесе, и каждое слово было будто пропитано скрытым смыслом. В гостиную вошла Ма, и Ади понял, что изменилось. Отец нашел свою аудиторию.
– Да, – сказала Ма, садясь на единственный диван подальше от отца. – Что мы сегодня должны принять?
– Я объясняю твоему сыну, что нужно смотреть вперед, в будущее, а не копаться в прошлом. – В разговоре с Ма отец всегда называл Ади «твой сын», а не «наш сын». Ади вновь задался вопросом, может ли быть, что отец ему не отец? Он понимал, что такое невозможно – это было ясно с одного взгляда на них, – но, как всегда говорила Ма, мечта не стоит восьми анн.
– Согласна, – сказала Ма. Она сидела молча, пока отец переключал каналы, едва останавливаясь, чтобы посмотреть, что показывают. Ади подумал, раз уж такое дело, может, предложить канал «Звездный мир» (скоро начинались «Симпсоны»), но по перемене в воздухе понял, что возможность проявить дерзость ушла. Пора заткнуться и читать свою книгу.
– Но есть одна небольшая трудность, – заметила Ма. – Как мы можем забыть о прошлом, если станем делать вид, что этого никогда не было? Может быть, что-то лучше запомнить, прежде чем забывать?
