Девочка опустилась на корточки в углу, открыла шкафчик под раковиной и что-то достала.
– Ну вот. Нашла ткань, на вид чистая! Подойдет для перевязки.
Из зала донеслось нетерпеливое «динь-динь-динь!». Кто-то звонил в колокольчик. Оливер хотел было выскочить к посетителю, но девочка встала и поймала его за рубашку.
– Эй, коней придержите! – бросила она через плечо.
Оливер заметил у стойки господина с коричневой густой бородой. Тот насупился.
Девочка принялась невозмутимо рвать найденную ткань на полоски.
– Сначала снимем старые повязки, – сообщила она.
Оливер, все еще ошарашенный таким грубым вторжением в свое личное пространство, послушно протянул руки.
Сдвинув брови, девочка начала осторожно разматывать бинты:
– Да у тебя не пальцы, а какие-то майские деревья![10] Которые еще разноцветными ленточками украшают. Не знаю, кто тебя перебинтовывал, но он сильно увлекся. – Комок снятых кровавых бинтов стремительно увеличивался. – Хороший вариант, если не собираешься шевелить руками.
Оливер еще не успел выяснить, кто же его бинтовал, поэтому промолчал. Не хотелось рассказывать, что самый вероятный кандидат – кошка.
– Динь-динь-динь-динь-динь-динь!
– Я же сказала: подождите! – прорычала девочка так яростно, что Оливер аж подскочил. – Честное слово, когда приходится общаться с посетителями, я готова все бросить! Интересно, а можно прийти на День призвания во второй раз, если первая профессия не понравилась?
Оливер так и не понял, шутит она или нет.
– А сколько ты уже работаешь в аптеке?
– Я? – девочка ухмыльнулась, тщательно отмывая руки под краном и заодно сдувая упавшую на лицо прядь волос. – Три дня.
Три дня! Олли по ошибке принял ее уверенность за опыт. Он-то думал, что она уже года два осваивает аптечное искусство.
– Ты тоже, видать, недавно в библиотеке? – спросила она.
– В точку, – сказал Олли.
Тем временем бородач у стойки стремительно терял последние крупицы терпения.
– Не найдется ли у тебя, случайно, сладкоягод? – спросила девочка.
– Нет, – ответил Оливер.
– Может, аугурский лист?
– Я даже не знаю, что это такое!
– Как насчет гандерского хрусталя?
– Ты это на ходу выдумываешь?
Девочка захихикала:
– Угадал. Ладно, последнее: мед есть?
Он покачал головой, но потом вспомнил, что вчера мама как раз принесла баночку в корзине с завтраком.
– Мед есть! Вон там, на столе.
Когда он показывал на стол, девочка отшатнулась, чтобы на нее не попали капельки крови, полетевшие с пальца, но комментировать это не стала.
– Чудесно! Секундочку!
Она проворно подбежала к столу и подхватила баночку. Посетитель тем временем позвонил в четвертый раз, угрожающе потрясая колокольчиком. Девочка закатила глаза, вышла из кабинета и направилась к стойке. Она забрала колокольчик из рук бородача и зашвырнула куда-то к дальним стеллажам. Колокольчик звякнул где-то в недрах книгохранилища. Оливер даже не успел ничего возразить.
Из кабинета не было видно лица девочки, а вот бородач предстал во всей красе. Он потерял дар речи и налился краской, будто помидор, созревший за одну секунду. Повисла долгая, неловкая пауза, после которой бородач пулей выскочил из библиотеки.
Девочка развернулась и пошла к Оливеру.
– На чем мы остановились? – спросила она, открывая банку с медом.
Оливер пришел в такой восторг от того, как она расправилась с нетерпеливым читателем, что чуть не зааплодировал.
– Не смей хлопать в ладоши! – остановила его девочка и покачала головой. – Сам пожалеешь! – Потом она старательно намазала его раны медом. – Это старинное средство… Пожалуй, лучше, чем ничего. Ой!
Девочка вздрогнула от неожиданности, заметив маленькую белую кошку, которая принялась наматывать круги у ее ног.
– Это Гармония, – сказал Оливер. – Кажется, ты ей нравишься.
– Ну что за прелесть!
– А я, кстати, Оливер, – добавил мальчик.
– Эмбер, – представилась девочка и снова сдула со лба непослушную прядь.
Наложив новые бинты на пропахшие медом руки Оливера, она принялась чесать подбородок Гармонии. Та затарахтела – громко, как настоящий трактор.
– Спасибо! – поблагодарил Оливер. – Не знаю, как бы я дотянул до вечера, если бы не ты.
– Уж как-нибудь дотянул бы, – возразила Эмбер. – В худшем случае отпугнул бы кровью того наглого бородача!
Оливера вдруг накрыло волной тревоги: а вдруг бородач вернется? Впрочем, что сейчас можно сделать?
– Раз у тебя пока нет посетителей, может, пообедаешь со мной?
– Э-э-э… Я не могу бросить библиотеку без присмотра…
– А когда придет твой начальник?
– Никогда. Он умер.
– Что?! Правда?
– В самый первый день.
Эмбер зажала рот ладонью.
– Мамочки! Я думала, это у меня проблемы на работе!
Олли хотел спросить, какие трудности у нее, но Эмбер его перебила.
– Ну тем более! – щелкнув пальцами, заявила она. – Значит, никто тебе не помешает сходить со мной на обед!
– Я… не уверен, что…
– Да ладно тебе. – Эмбер взяла со стойки лист бумаги и карандаш и нацарапала записку огромными буквами: «ВЕРНУСЬ В 14». – Мы быстро! В закусочной за углом собирают обеды навынос! Так что скоро вернемся.
– А вдруг кто-то из читателей еще гуляет по библиотеке…
– Запрешь дверь. Тогда никто ничего отсюда не вынесет.
