– А вы небезнадежны, – Преображенский прищурился. – Понимаете, значит, что все эти разговоры о том, какой вы плохой и жалкий – не в ваш карман. Ну что ж, давайте конструктивно. В целом я вам сказал правду. Вы не можете противостоять этой кодле. И не сможете никогда. Вы не маг и не герой, вы обыватель. Вы не кошка, вы мышка. Но беда ваша не в этом. Мышки тоже ведь живут, иногда лучше кошек. Бывает даже так, что мышки бегают сытые, а кошка сидит голодная. Беда в том, что вы больная мышка. Запуганная и с перебитыми лапками. А вот с этим можно что-то сделать.
Он помолчал, собираясь с мыслями.
– Я вам сказал, что если вы выпьете рубидий, то не изменитесь. Ну так вот, это было немножечко не так. То есть от капли рубидия хвоста и рогов у вас не появится. И крылышками вы тоже не обзаведетесь. И даже мужское достоинство не увеличится, извините за подробность. Вы останетесь Приваловым. Разница та, что вы станете
– И что мне с этого будет? – спросил Саша с иронией.
– Например, вы сможете задавать этот вопрос без иронии, – серьезно ответил профессор. – И много чего еще сможете, от чего сейчас вас ломает и корежит… Ну так что? Рискнете? Или мне все-таки приводить вас в первобытное состояние? Решайте скорее, время кончается.
– Нет уж, – решительно заявил Привалов. – Только не в первобытное состояние.
– Одну каплю, – предупредил Люцифер, смотря на двигающийся по воздуху кратер. – Не переводите зря продукт.
Саша не стал отвечать. Взял кратер, очень осторожно склонил его над лицом и поймал каплю нижней губой.
Ему почему-то казалось, что на вкус рубидий окажется ужасной гадостью – то ли горькой, то ли жгучей. Ничего подобного он не ощутил. Александр слизнул каплю, и она растворилась на языке. Рубидий был чуть солоноватым, как кровь из пальца.
Он немного подумал, повспоминал заклинания, и сотворил на стене зеркало. Посмотрелся. В зеркале отразился все тот же Александр Иванович Привалов, что и был раньше. Ему даже показалось, что волос на голове стало меньше, а пузико выросло. Потом он вспомнил, что уже очень давно не смотрелся в зеркало – благо, Почкин в обмен на месячную переработку подарил ему заклинание для бритья. Привалов, пользуясь новообретенным навыком, вызвал в памяти учебник материальной магии, раздел второй. Заклинание было на первой же странице раздела, и там же имелось примечание – не пользоваться им чаще раза в неделю, так как оно способствует образованию морщин. Морщины у Александра Ивановича на лице были. Как и синие мешки под глазами, бурые пятна на плеши и прочие следы возраста и недостаточной холи. Однако стыда и отвращения к себе – привычного уже, въевшегося в поры – Привалов не почувствовал. «Вполне годный мужчина, подтянуться надо только», – сформулировал он про себя и зеркало убрал.
– Ну что, Саша, себе нравитесь? – спросил профессор.
«Саша» почему-то резануло слух.
– Профессор, вы не могли бы меня называть полным именем? – спросил Привалов.
– Сработало, – констатировал Люцифер.
– Не обессудьте, Александр Иванович, – на полном серьезе сказал Преображенский. – Инерция мышления. Минуту назад вы Сашей были…
– Давайте просто Александр, – попросил Привалов. – На Ивановича я как-то пока не готов.
– Гм-гм-гм. Ну хорошо, пусть так. Александр, у вас есть план на ближайшее будущее?
Привалов немного подумал. Собственно, даже не подумал: все было и без того очевидно, нужно было только проверить, нет ли подводных камней. На первый взгляд их вроде бы не было, кроме одного.
– В общем, разумно, – заявил Люцифер, внимательно за Приваловым наблюдавший. – Действительно, что еще вам делать в вашей ситуации. Но учтите, это займет много времени. КЗоТ пока никто не отменял. И другие вещи тоже.
– А нельзя ли как-нибудь поспособствовать? – попросил Привалов профессора. – С документами и вообще?
Тот пожевал губами.
– В принципе, – сказал он, – вы могли бы этим вообще не заморачиваться. Сейчас время такое… Но если все делать чисто… Хорошо, с Камноедовым я разберусь. Он сейчас за место держится и неприятностей ему не надо. Мне к нему все равно надо зайти, заодно и ваши вопросы порешаю…
Он тяжело поднялся с места. Лампочка снова мигнула.
– А как же время? – не понял Привалов.
– Так это ж Камноедов, у него время свое, – напомнил профессор. – Как и у меня, собственно.
Дверь закрылась и тут же открылась снова.
– Ну вот, все уладил, – довольно сказал Преображенский, усаживаясь обратно на канапе и вытягивая ноги. – Какой все-таки нудный тип этот Модест. Но, в общем, вменяемый. Проблем себе не хочет. Вот, держите. – Он протянул Александру тощую папку. – С загсом, извините, ничем помочь не могу.
– Это я сам, – сказал Привалов, просматривая документы. – Ну что ж, спасибо большое. Я так понимаю, мы расстаемся?
Профессор кивнул.
