Капитан приободрился и, посадив гребцов за весла, взял курс к Геракловым столбам. При небольшом ветре галера медленно продвигалась на запад. Дни проходили за днями однообразно и монотонно. Ветер был слабый, гребцы работали на веслах целыми днями. Небо и море были пустынны.
Капитан интересовался и небом, и морем, и пассажирами. Немного удалось установить капитану. Группа, кого-то охранявшая и сберегавшая, состояла из иудеев. Перед дверьми отведенных помещений двое всегда сидели на корточках, как на дежурстве. Иудеи отличались молчаливостью, скупостью жестов. Глаза на бородатых лицах горели огнем непримиримости ко всему на свете. Мускулистые руки и налитые силой фигуры выдавали в них скорее воинов, нежели негоциантов, за которых они себя выдавали. С капитаном разговаривал только один старшина, и то по бытовым вопросам: поесть, попить, где взять бадью, чтобы окатиться забортной водой.
Таинственное лицо, которое сопровождали иудеи, днем на палубе не показывалось. По ночам совершались длительные прогулки под бдительной охраной. Ночные прогулки капитана не беспокоили, его постоянно тревожили мысли о пиратах. Он, его помощник и дежуривший в бочке на мачте матрос держали круговой обзор морского горизонта. Все складывалось слишком спокойно, но… эта компания, за которую капитан отвечал головой.
Опыт подсказывал, что как только на борту галеры оказывался ценный груз, откуда ни возьмись появлялись эти акулы морей. Беспокойство капитана как бы излучало волны тревоги, которые и притягивали суда морских грабителей.
– На горизонте три паруса, – прокричал смотрящий с вершины мачты. – Идут на перехват.
– Что и ожидалось, – кивнул головой капитан и отдал приказ ускорить ритм работы гребцов в надежде оторваться от преследователей.
Через час стало очевидным, что пираты нагонят галеру. Многопарусная оснастка, неизвестная капитану, позволяла использовать слабый ветер и сообщала пиратским судам достаточную скорость преследования. Капитан собирался отдать приказ еще повысить ритм гребцов, когда к нему подошел старшина иудеев.
– Капитан! Мне приходилось слышать об этой шайке пиратов, и я мог бы дать несколько советов, если они будут приняты без обиды.
– Ты, я вижу, бывалый человек, – пристально оглядывая старшину, отвечал капитан, – только глупый откажется выслушать совет при неблагоприятном раскладе сил.
– Как бы мы ни ускоряли ритм гребцов, фелуки нас настигнут. Не через три, так через четыре часа. Только люди после четырех часов работы будут измочалены и к бою непригодны. Долго ли могут противостоять в бою люди, изнуренные многочасовой напряженной работой? Я бы их накормил и дал время хорошо отдохнуть, не спеша приготовился к сражению. Вот тогда нам удалось бы отбить нападение. Я говорю нам, значит, мы примем участие в бою.
Слова иудея звучали убедительно.
– Обороной пусть занимается принципал, для того ты его и держишь, – продолжал старшина, – а внутреннюю палубу предоставь нам для обороны. Девять человек, вооруженных метательными ножами, – большая сила в бою.
Иудей распахнул талиф, и на его животе капитан увидел пояс, представляющий набор ножен, в которых размещались метательные ножи невиданной им ранее формы.
– Решение принять участие в сражении одобряю, – говорил капитан, глядя на пояс иудея, – но согласись, что нужно поверить в силу нового оружия, которое я прежде в глаза не видел. Покажи свое мастерство на деле, думаю, это нетрудно.
Старшина отошел от мачты почти на половину длины галеры и спросил: «Куда?»
Капитан указал отметину на мачте и отошел на всякий случай подальше от указанного места. Он не успел заметить, когда иудей выхватил нож из пояса и метнул. Что-то мелькнуло в воздухе, и нож задрожал в точно указанном месте. Для убедительности старшина метнул еще два ножа: они расположились на одной линии на одинаковом расстоянии друг от друга.
Капитан подошел к мачте и попытался вытащить нож – усилий хватило с трудом.
– Могу метнуть сильнее, но кто сможет извлечь нож из мачты?
Старшина показал рукой в сторону сидящих на корточках иудеев.
– Другие из моей команды владеют ножами не хуже; нас учат с мальчишеских лет. На каждом из них пояс по двадцать ножей, промахов мы не делаем.
Вокруг шла подготовка к бою. Капитан обратился к старшине:
– По-твоему, сколько же людей несут три преследующие нас корабля?
– На каждой фелуке по 80–90 человек; отчаянные люди, не боящиеся смерти, хорошо владеют холодным оружием.
Капитан усмехнулся:
– В наше время, если ты очень боишься смерти, лучше не выходить за порог своего дома. Исход морского боя решает не только мастерство воинов, но и организация, порядок, дисциплина, которыми шайки пиратов не обладают. Правда, нападающих в два раза больше по численности…
