Вверх по острову – почему-то Лену не отпускала уверенность, что это остров, – уходила едва видимая тропинка. То теряясь среди валунов и кустов можжевельника, то вновь выныривая, петляла меж мачтовых стволов старых сосен. После Болота здесь дышалось легко и охотно, полной грудью. Лене казалось: взлетит она по тропинке, на самую вершину холма – и даже не запыхается. Однако идти приходилось медленно. Впереди Жан, сканирующий окрестности внимательным взглядом. За ним Лена, с бесполезным фонариком в руке: не убирала его в рюкзак только потому, что тяжесть черного металлического корпуса придавала уверенности. Дальше плелся погруженный в невеселые мысли Славка. А замыкал колонну очень серьезный и сосредоточенный Ярик.
В этом небывалом, фантастическом путешествии Лена впервые взглянула на брата по-новому. Это было неожиданно, но оказалось, что в семье повзрослела не она одна. Ярик вытянулся, окреп, неопределенно-детские черты лица все больше затачивались под папу. Лена представила Ярика в очках и улыбнулась.
«Надо, что ли, в кино его сводить, когда выберемся, в «макдак» вместе – или куда там еще? – подумала она. – Или поговорить. Позвать в мою комнату, забраться на кровать, по-турецки поджав ноги, и болтать, как раньше, болтать обо всякой ерунде и пустяках, которыми наполнена жизнь. Просто поговорить, когда выберемся. Если выберемся».
Верхушка холма подобралась незаметно. Шаг, другой, перепрыгнуть через мшистый валун – и перед ними разлеглась огромная поляна, отороченная сосновым лесом. Среди невысокой травы поднимали голову яркие, совсем не весенние цветы. Лена бы не удивилась, узнай она, что здесь и сейчас цвели одновременно и весенние, и летние, и даже те, что не растут в Карелии, а может быть, и в мире. Гудели тяжелые, полные меда шмели. Купаясь в солнечном свете, танцевали легкомысленные бабочки. И вся эта пастораль никак не укладывалась в голове. Разве может Зло существовать при свете дня в столь прекрасном месте?! Мрак, могильные склепы, старые погосты, замки с призраками, как на альбомах ее любимых готических групп – там Злу самое место. Что дальше? Вампиры отражаются в зеркалах и любят солнечные ванны? Видно, даже Злу не нравится быть заложником стереотипов.
Солнце падало так, что тень держалась только с левой стороны. Прохладная, густая, карельская. В такой можно замерзнуть, даже когда жарит летнее солнце. Здесь, в тени, расположился бревенчатый дом, черный от времени и непогоды, заброшенный, нежилой. Вот он-то как раз мог бы стать обликом Зла… но почему-то даже это невзрачное мрачноватое строение больше напоминало старого пса, греющегося на солнышке.
Все это Лена отмечала краем сознания, поглощенная странной сюрреалистичной картиной. Посередине поляны, взявшись за руки, десятка три взрослых водили хоровод вокруг трехметрового травяного чучела. И в этом действе не было ничего смешного или глупого. Не детский сад приходил на ум, а старые языческие ритуалы, где каждое движение, каждый шаг были наполнены сокрытым от современного горожанина смыслом. И где-то там, в середине качающихся из стороны в сторону людей, ходили и ее папа с мамой. И где-то там…
…где-то там, связывая живые ладони своими веревочками, танцевала она…
