Коп, узнавший Мэлиса, защелкивает наручники на его запястьях. Его напарник оглядывается на него.
– Все нормально? – окликает его напарник, хватая Джейкоба Билера за плечо.
– Да. – Бородатый коп кивает. – У нас тут нарушитель условно-досрочного. Его разыскивают по всему штату.
– Похоже, сегодня у нас гребаный удачный денек.
Его напарник ухмыляется, а друзья Джейкоба пялятся на него со своих мест за столом. Они выглядят напряженными и разъяренными, а один из них облизывает губы и сплевывает на пол под ноги копа.
– Эй, заканчивай с этим дерьмом, – предупреждает полицейский, держащий Джейкоба.
Вик снова тянет меня за руку, направляя к двери. Когда я поднимаю на него взгляд, выражение его лица наполняет меня ужасом. Обычно он такой спокойный, иногда его черты почти ничего не выражают. Я научилась лучше понимать его, и в последнее время он стал чаще показывать свои эмоции, даже время от времени улыбался.
Однако сейчас он не улыбается. Он выглядит мрачным, его челюсть плотно сжата, а голубые глаза полны страха и неуверенности.
Обычно у Вика есть план, но сейчас ясно – ничего не придумать.
Эта мысль зажигает что-то внутри меня, и я двигаюсь, не задумываясь. Вырывая свою руку из его хватки, я проскакиваю мимо него и Рэнсома. На соседнем столике стоит пустой металлический поднос. Я хватаю его и швыряю со всей силы в стену за стойкой бара. Он ударяется о длинную полку, заставленную бутылками со спиртным, и две бутылки с громким стуком разбиваются вдребезги.
Шум привлекает внимание обоих копов всего на долю секунды, но этого достаточно.
Парень, который плюнул в копа, вскакивает на ноги, опрокидывая стол, и достает что-то сзади из-за пояса.
– Оружие! – кричит полицейский, отпуская Джейкоба и бросаясь вперед, чтобы попытаться разоружить мужчину.
В тот же миг Мэлис резко откидывает голову назад, попадая в лицо более высокому полицейскому и заставляя его отшатнуться. Раздается выстрел, и в баре снова кричат, но я понятия не имею, кто стрелял.
Мэлис даже не смотрит в сторону перебранки на другом конце комнаты. Он разворачивается и бросается в атаку, врезаясь в офицера, который стоял у него за спиной. Мэлис ударяет плечом в солнечное сплетение полицейского, заставляя того отшатнуться назад, еще до того, как служитель правопорядка успевает оправиться от удара в лицо.
Между другим полицейским и друзьями Джейкоба завязывается драка, так что остановить Мэлиса, когда он бежит к нам, некому. Рэнсом хватает меня за руку, зажимая ее словно в тиски, Виктор распахивает дверь, а Мэлис оказывается прямо за нами, и мы вываливаемся на тротуар.
В баре раздается еще один выстрел, и я слышу, как кто-то кричит:
– Подкрепление! Нам нужно подкрепление!
– Вперед! – рявкает Мэлис, и мы бросаемся к машине, пригибая головы.
Я несусь так быстро, что когда мы добираемся до нее, мои руки ударяются о металлическую обивку. Виктор выхватывает ключи из кармана Мэлиса, чтобы отпереть двери. Я открываю заднюю и забираюсь внутрь, проскальзывая через сиденье, чтобы освободить место для Мэлиса, который ныряет в машину со связанными за спиной руками.
Вик садится за руль, и когда я протягиваю руку через Мэлиса, чтобы закрыть заднюю дверцу, вдалеке раздается предательский вой сирен.
Двигатель ревет, а из бара выбегают еще несколько человек. В тусклом уличном свете я не могу точно сказать, полицейские это или посетители, а задерживаться, чтобы выяснить, мы точно не собираемся. Вик отъезжает от тротуара, ведя машину на автомате.
Его стиль вождения сильно отличается от манеры Мэлиса. Виктор – воплощение точности и скорости, на каждом повороте сворачивает быстро, но отчего-то нас не кидает по машине туда-сюда. Рэнсом на пассажирском сиденье указывает ему дорогу, играя роль навигатора, как это обычно делает Вик.
Мэлис выпрямляется на сиденье рядом со мной, кряхтя и борясь с наручниками. Он выглядывает в заднее окно, его темные глаза блестят в свете уличных фонарей.
– За нами «хвост», – рычит он. – Далеко позади. Мы на несколько кварталов их опередили. Давай быстрее, Вик.
Сирены позади нас становятся громче, их вой разносится в воздухе, и Вик набирает скорость, объезжая машины и поглядывая в зеркало заднего вида. Он совершает каждый поворот, который ему указывает Рэнсом, и через некоторое время я больше не вижу синих и красных огней позади нас, хотя все еще слышу сирены.
– Туда. Налево, налево, налево! – настойчиво говорит Рэнсом. – Сверни в тот переулок. Выключи фары.
Вик так и делает, сворачивая в переулок, в котором едва хватает места для нашей машины. Меня охватывает паника от того, насколько мы загнаны в угол, но он не подвергает сомнению решение брата, выключает фары и углубляется в темный переулок, затем останавливается, упираясь в кирпичную стену, и глушит двигатель.
