Почему я не видела этого, как оно есть:изобилие. Две семьи, два разныхкухонных стола, два свода правил, дваручья, две трассы, два неродных родителяс их аквариумами или восьмидорожечниками, илисигаретным дымом, или эрудицией в рецептах, илинавыками чтения. Не могу прокрутить назад – записьпоцарапана и застревает на той первоначальнойхаотичной дорожке. Но позвольте сказать: менякатали по воскресеньям туда-сюда, и легко не было,но любили меня в обоих местах. И вот теперь уменя два мозга. Два совершенно разных мозга.Один вечно скучает по тому, где меня нет,а один с большим облегченьем наконец-то дома.<p>Об очерке горизонта и дегте</p>В одиннадцать на крышенашего многоквартирногодома в центре я садилась, скрестив ноги,в наползанье городских сумереки ждала, когда жухлые летучие мышислетят со своихрозовых насестов в «ТеатреСебастиани»[15] в бледное небо.Нас научили сидетьтихонько и наблюдать, как онивьются и трепещут привольнов тайном сумрачном действе.До чего внезапно онибросались вниз и возносились, и возносились,и бросались вниз. Тревога пришлаи тревога ушла, а небо…<p>Сайрас и змеи</p>
