Портрет лива в Старой Риге полностью

Да про них я говорю, про этих… Улдис, гони их в шею. Пусть работают. Пусть промокнут до костей.

У л д и с. А что же милиционер не вмешался?

М а р у т а (не может усидеть спокойно, встает и расхаживает по комнате). До сих пор не могу опомниться от их непристойностей. Если б вы слышали, как они меня обзывали, будто последнюю… ну… вы понимаете…

М и ц е. Вот негодяи.

У л д и с. Но…

М а р у т а. Говорили-то они тихо, вроде между собой, а милиционер, наверно, по-латышски не понимает, поэтому он просто…

М и ц е. А ты бы ему сказала, что эти подонки…

М а р у т а. Ну да, стану я показывать хулиганам, что слышала их мерзости. Молокососы, а языки пораспускали, как старые развратники. Рот — шире ворот, сказала бы мама… Хорошо, что мама не слышала. Она бы не смолчала, и такое пошло бы, что только держись.

У л д и с. А где же мама?

М а р у т а. Спохватилась вдруг, что вина не взяла. Я уже вышла из «Волги», поэтому решила пойти сюда, а мама с Дайнисом поехали обратно, в кенгарагские магазины.

У л д и с (снова возится с креслом). Мама сама за рулем?

М а р у т а. Как всегда. У Дайниса еще нет прав, он только учится.

М и ц е. Учится?

М а р у т а. Тебя это удивляет?

М и ц е. Да нет. Наоборот.

М а р у т а. Во второй половине двадцатого века каждый должен уметь завести машину, так же как в дни нашей молодости каждый умел запрячь лошадь.

М и ц е. Без сомнения.

С шумом валится спинка кресла, подлокотники Улдису удается удержать.

М а р у т а. Ой, как я испугалась…

У л д и с. Знаешь, из-за этих ночных смен я теперь, когда прихожу домой, только и делаю что сплю, и…

М а р у т а. Разве Бепо не может хоть кресло починить? Целыми днями слоняется. Он же нигде не работает!

М и ц е. Ну, это уж не твоя забота. Что поделаешь, не все могут быть такими, как твой образцово-показательный сынуля, который ни с того ни с сего стал еще и машинами интересоваться… Уж больно подозрительно, верно, Улдис?

У л д и с. Ну что ты.

М а р у т а. Да, но если Бепо…

М и ц е. Бепо, если хочешь знать, гостит в деревне у родителей друга. Тот взял отпуск, и они за две недели посадят там ранний картофель, починят крышу и…

М а р у т а. Ах, крышу, подумать только… Ах, ранний картофель…

М и ц е. Помогут в деревне, у них там весенний сев на носу.

М а р у т а. За кого вы меня принимаете, дорогие родственнички?

М и ц е. Если хочешь знать…

У л д и с. Мице!

М а р у т а. И где же, по-вашему, Бепо сажает картошечку?

У л д и с. В Юмурде^{27}, Марута. Неподалеку от Эргли^{28}, знаешь.

М а р у т а. Интересно. Может, по радио, или еще как? Век техники, почему бы и нет…

У л д и с. По радио?

М а р у т а. Конечно, если Бепо сажает картошку и чинит крыши в Юмурде, сидя на своей веранде…

М и ц е. На какой веранде?

М а р у т а. Брось притворяться, сестрица.

М и ц е. Улдис, она бредит.

М а р у т а. Я еще подумала, сидит вместе с хулиганами, не здоровается, а увидев меня, даже голову в воротник спрятал… И что его вечно тянет ко всяким подонкам? Разве в нашей семье был хоть один преступник? Я не знаю, как там по твоей линии, зять, а по нашей — никто никогда ни в тюрьме не сидел, ни по судам не таскался. Чего нет, того нет.

Пока Марута говорит, М и ц е, переглянувшись с Улдисом, уходит.

У л д и с. Ты не… обозналась?

М а р у т а. Улдис, ты что, в самом деле, не знаешь, что твой сын…

У л д и с. Он звонил Мице на работу и сказал, что две недели будет жить у друга в Юмурде, неподалеку от Эргли, и сажать…

М а р у т а. Картошку, как же… Потрудился бы другое место выдумать, в Эргли мы с Дайнисом недавно ездили на лыжах кататься…

Возвращается  М и ц е.

Ну, что я говорила?

У л д и с. Бепо?

М и ц е. Как ты мог не узнать?

У л д и с. Я их не разглядывал. Дождь лил как из ведра, накинул на голову плащ — и бегом.

М и ц е. Вот так ты всю жизнь и пробегал — как слепой…

У л д и с. А ты сама разве не стояла у окна и…

М а р у т а. Так, значит, Бепо… вместе с этими… арестован? С ума сойти…

М и ц е. С ума сойти, с ума сойти… Ворона ты каркающая, а не сестра…

М а р у т а. Ах, я еще и виновата!

М и ц е. Если мама увидит там Бепо, она… Улдис, иди и скажи милиционеру, пусть уведет их.

У л д и с. Посмотри, что делается на улице.

М и ц е. Ну и порядочки — заставляют людей работать под открытым небом в такую погоду.

М а р у т а. Не людей, а…

М и ц е. Может, милиция их и одевает? Продрогли, закоченели… (Хватает шерстяной джемпер и идет к двери.)

У л д и с. Постой… Ни мне, ни Маруте он и виду не подал… Может, тебе, когда ты выходила? Ну вот… Значит, не хочет, чтобы остальные знали, что и как…

М и ц е. А… если он схватит воспаление легких? Ты что, не знаешь, какая у Бепо слабая грудь? Чуть постоит разгоряченный на сквозняке, сразу ангина!

М а р у т а. Я еще никак не могу опомниться… Я ожидала от вашего Бепо все, что угодно, но не…