Портрет лива в Старой Риге полностью

М и ц е. Понимаешь, мама, одна моя подруга, она…

О т и л и я. Подруга так подруга.

Из-за двери слышен гогот.

М и ц е. К ней приехали гости, понимаешь, и она, ты понимаешь…

О т и л и я. Гости так гости, чего уж тут не понять.

Новый взрыв смеха в комнате Бепо.

М и ц е, закрыв лицо руками, убегает на кухню.

Отилия направляется к креслу.

В комнате нет никого, кто бы мог предостеречь ее.

Дайнис опережает ее и предупредительно оправляет покрывало на кресле.

М а р у т а. Мама, я еле сдерживаюсь, чтобы не…

О т и л и я. Сдерживайся, дочка, сдерживайся.

Д а й н и с. Прошу, бабушка, тут ты сможешь хорошо отдохнуть после утомительной поездки.

Опускается экран.

На нем снова дом Далдерисов, только на этот раз под проливным дождем, и перед домом стоит «Волга» Отилии.

Комната Бепо. У окна, с блокнотом и карандашом в руках, сидит  м и л и ц и о н е р. Ж о р ж и к  и  В и т ь к а  устроились на тахте, Б е п о  сидит на полу.

Жоржик и Витька не могут сдержать смех.

М и л и ц и о н е р. Тише, граждане! Нельзя так, говорят вам.

Ж о р ж и к. Поняли, товарищ младший лейтенант!

В этот момент за стеной с шумом обрушивается кресло, громко вскрикивает Марута, хлопает дверь, слышны шаги и взволнованные голоса. Бепо вскакивает.

М и л и ц и о н е р. Вас это не касается! Гражданин!

Бепо садится.

Милиционер поднимается и приоткрывает дверь, но кто-то с другой стороны энергично закрывает ее со словами: «Ничего, ничего, не волнуйтесь!»

Милиционер возвращается на свое место у окна.

В и т ь к а. Семейный скандал?

Ж о р ж и к. Вроде бы ничто не предвещало. Старик в этом доме — ноль, всем заправляет старуха.

Б е п о. Быстро ты сообразил, что к чему…

Ж о р ж и к. Элементарно. На прежней работе Мессер научил — сам он прошел курс обучения в колонии. Фамилия его Шмидт, а мы звали Мессером, сокращенно от Мессершмидта. «Не будь разиней, Жоржик, — сказал он мне уже в первый день, — смотри в оба!» Так он долбил месяцами, устраивая всякие неожиданные проверки, ну и натаскал меня.

В и т ь к а. Например.

Ж о р ж и к. «Та женщина, которая вышла из телефонной будки и села в автобус, была блондинка? Сколько ей могло быть лет, как она одета, что было в руках?» И тому подобное, понимаешь — через час, заранее не предупреждая. Это в первую неделю. А потом пошли задания посложнее. В общем — было интересно, только потом перешло в привычку — стало второй натурой. Этого Мессер и хотел добиться. «Профессиональный подход к жизни», — говорил он.

Б е п о. Разве ты профессионал?

Ж о р ж и к. Что ты! (Оглядывается на милиционера.) Что ты… Но наблюдательность, как видишь, у меня выработалась, включается автоматически, щелк, и готово! Моментально! Ты, наверно, не слышал, что я говорил Витьке о тетке, которая звонила у дверей?

Б е п о. Нет.

В и т ь к а. Она сама-то услышала и жутко разозлилась.

Б е п о. Что он тебе сказал?

В и т ь к а. Если б мне от нее что-нибудь было нужно, например справку о местожительстве, надо дать понять, что у нее красивые ножки, и все пойдет как по маслу, но ни в коем случае не пялиться на ее волосы, потому что это парик.

Ж о р ж и к. Я просто хотел указать, как надо фиксировать сильные и слабые стороны каждого, а ты что начал молоть? Даже мне как-то не по себе стало.

В и т ь к а. Эту обитель ты тоже успел зафиксировать?

Ж о р ж и к. С ходу.

В и т ь к а. Давай крой, кто тут живет. Может, какая леди?

Ж о р ж и к. Дурень ты. Станет тебе леди баб по стенам расклеивать.

В и т ь к а. Да разве это бабы, детский сад. Я знаю, где можно достать по рублю за штуку. Из иностранных журналов, цветные и в натуральную величину.

Ж о р ж и к. У тебя, наверно, такие расклеены.

В и т ь к а. У меня же нет комнаты. Так ты говоришь, парень тут живет?

Ж о р ж и к. Ну, такой… взрослый, но довольно мелкая душонка. Курит, но тайком, у раскрытого окна, так как мама не переносит дыма. Посмотрите на окно, только незаметно. Длинный, сперва ты… Теперь ты, Витька… Ну? Усекли?

В и т ь к а. Что-то там вроде есть… но что?