Л о н и я. Дидзи!
В а л д и с. Я обещал ей, что приеду в шесть утра.
Л о н и я. Валдис, ты приехал сюда в январе, в мае была наша свадьба… Мы так хорошо понимали друг друга.
В а л д и с. А теперь не понимаем?
Л о н и я. Теперь… осень, она наступила так быстро, знаешь, я даже вздрогнула, когда увидела на рябине красные ягоды, но это минувшее лето, этот добрый дух в доме, это согласие, все это было как сон… Временами, когда ты был в дальних рейсах, меня пугало ощущение — вдруг я проснусь, и… Ну скажи мне что-нибудь.
В а л д и с. Что мне сказать?
Л о н и я. Ты переменился.
В а л д и с. Да?
Л о н и я. Теперь уже не так заметно, но, когда ты разговаривал с отцом, у тебя было совершенно чужое лицо. Смотрела и думала, ты ли это.
В а л д и с. Ну, ну. Кто же еще. Только на этот раз я впервые попытался настоять на своем.
Л о н и я. Что ты, Валдис!
В а л д и с. Вначале я вам возил и пилил дрова, позже поселился в дальней комнате… Видишь ли, Лония, кто бы я ни был здесь, шофер, пильщик, квартирант или муж… извини, пожалуйста… я всегда подчинялся правилам этого дома, потому что мне нравилось, я чувствовал себя здесь хорошо, гораздо лучше, чем в любом другом месте на белом свете, должен тебе сказать…
Л о н и я. Спасибо, Валдис.
В а л д и с. И вот впервые я сам… Мысли перепутались из-за этой девушки в залатанной палатке… И не только из-за нее, но… но она, между прочим, действительно в отчаянии, поэтому я так… Короче говоря, хватит об этом. Пойдем ужинать.
Л о н и я. Нет.
В а л д и с. Почему же вдруг? Мне хочется есть, ты, может быть, не веришь? Про грибы я сказал просто так, попробовал только… До сих пор во рту привкус золы…
Л о н и я. Мне самой никогда не пришло бы в голову, что мы тебя угнетаем, что ли, навязываем тебе свой… свой стиль, образ жизни или как там…
В а л д и с. Этого я не говорил.
Л о н и я. Я твоя жена, Валдис, я тебя люблю, и я не хочу стоять тут у окна и гадать, ушел ты совсем или еще забежишь попрощаться…
В а л д и с. Лония, разве ты… разве тебе показалось, что я…
Л о н и я. Представь себе, да. Пока ты был внизу, у костра.
В а л д и с. Видишь ли, Лония…
Л о н и я. Не хочу, чтобы твое лицо становилось чужим и холодным. Валдис, ты сможешь настоять на своем, потому что я тебе помогу, как сумею. Скажи, что мне надо делать.
В а л д и с. Тебе?
Л о н и я. Во-первых, объясни, пожалуйста, почему цыгане доверились тебе, совершенно чужому человеку. Насколько я понимаю, для них это риск.
В а л д и с. Да. Еще какой. Наверно, потому, что…
Л о н и я. Не обижайся, но я бы лучше поняла, что мне делать.
В а л д и с. Долгая история, в другой раз… Послушай, Лония, они должны были отыскать кого-то, кому можно довериться, а сегодня вечером все, кроме меня, заняты, кто у картофельной борозды, кто у грядки моркови наготове с кочергой в руках…
Л о н и я. Ты несправедлив, если упрекаешь их в этом.
В а л д и с. Я их не упрекаю.
Л о н и я. Все лето работали, осенью они, естественно, хотят собрать урожай, поэтому им обидно, что…
В а л д и с. Естественно… Лония, будем разумны и рассудительны, как и прежде. То, что я затеял, опасно, и хорошо, что все расстроилось.
Л о н и я. Серьезно?
В а л д и с. Серьезно, и есть мне хочется тоже всерьез.
Л о н и я. Я подогрею. Чай придется заварить заново, сколько времени прошло.
В а л д и с. Лония…
Л о н и я. Ну?
В а л д и с. Спасибо тебе, Лония, за все…
Л о н и я
В а л д и с. Я?
Л о н и я. Показалось вдруг, что ты прощаешься со мной.
В а л д и с. Ну, ну. Спасибо, Лония, за все это лето. И за то, что ты хотела помочь мне, не опасаясь неприятностей.
Л о н и я. Довольно! Хватит… Сейчас я накрою на стол, и мы оба поужинаем. Я тоже. С отцом и Дидзисом только посидела ради приличия, кусок в горло не шел…
В а л д и с. Лония…
Л о н и я. Ну?
В а л д и с. Ничего, иди. Накрывай на стол.
Что такое?
Д и д з и с. Рудите согласна.
