Ночи в это время здесь прохладные. Зато днем ртутный столбик зачастую поднимается до +27 °C, и тогда внизу, у моря, можно загорать. Эвкалипты вдоль прибрежного бульвара стоят зеленые. Зелеными выглядят и садики на склоне горы, расположенной против моря, потому что в них растут туя, кипарисы, лавр, олеандры и другие вечнозеленые южные деревья и кусты. Наверху, там, где кончаются дома и сады, начинается лес. Еще выше, над лесом — вершина горы, покрытая снегом, и это единственное, что напоминает о времени года за горой, на севере.
Дом, во дворе которого мы находимся, выстроен в самой верхней части города, спускающегося уступами; дальше уже лес. Дом весь миниатюрный — комнаты маленькие с небольшими окнами, а навес вдоль южной стены, обращенной к морю, поддерживают хрупкие столбики… Противоположная стена как бы прилеплена к скале. Улица, ведущая мимо дома, находится на уровне крыши, и попасть во двор можно по лестнице, начало которой вырублено в скале, дальше идут обычные ступени.
Далеко внизу спит море, ярко-голубое в этот солнечный полдень.
Под навесом за столом сидит Ю р и с. Точнее говоря, спит, склонившись над столом и подперев голову руками.
В соседском саду включен репродуктор, Тбилисское радиовещание передает веселую грузинскую песенку.
С улицы по лестнице спускается Р а с м а в легком летнем пальто, под которым надето черное платье с белым кружевным воротничком. Она несет две тяжелые пачки, опускает их на пол под навесом. Выпрямляется, вытягивает уставшие руки, смотрит на сына.
Юрис спит.
Р а с м а (тихо). Юри…
Юрис не реагирует.
Юри!
Юрис медленно поднимает голову и смотрит на мать.
Это тебе… Наконец-то! Видишь?
Юрис смотрит на пачки.
Не думала, что книги окажутся такими тяжелыми. Так оттянули руки, что… Да и жарко сегодня… Заняла на почте очередь и пошла к морю. Народ снова загорает! Несколько мужчин и женщин в купальных костюмах. В декабре! Пока я там бродила, купаться никто не рискнул, хотя вода кажется теплой, так и манит… Юри, ты ничуть не рад? Ты же с таким нетерпением ждал эту посылку.
Ю р и с. Да, я… Конечно. Спасибо.
Р а с м а. Сейчас распакую.
Ю р и с. Пожалуйста.
Р а с м а. Только отдышусь… Двадцать раз остановилась, пока взобралась на нашу гору, и если б ты только знал, как я завидовала грузинкам! Идут себе мимо с полными хозяйственными сумками, одна даже с ребенком на руках…
Ю р и с. Привыкли.
Р а с м а. Мне бы тоже пора, второй месяц тут живем… Вот распакую книги и спущусь еще раз вниз, надо что-нибудь купить на обед.
Ю р и с. Не спеши.
Р а с м а. В одном месте у калитки продавали мандарины, надо будет взять килограмма два к Новому году. Знаешь, Деревья без листьев выглядят так странно. Кажется, будто хурма повешена на голые ветки словно елочные украшения… (Говоря, внимательно смотрит на сына.) Юри! Что случилось?
Ю р и с. Ничего.
Р а с м а. Кто-нибудь приходил?
Ю р и с. Нет, только… (Умолкает.)
Сцена на мгновение погружается в темноту и тотчас вновь освещается.
Р а с м а. Только?
Ю р и с. Гро, папа и Сильвия Шване. Во сне.
Бодрое настроение Расмы в мгновение ока бесследно улетучивается, и она устало опускается на ступеньку под навесом возле пачек с книгами.
Гро, папа и…
