Вот чтоб вас с вашим минимализмом… – подумалось вяло, пока «художник» в нём взглядом охватывал Тэн, запоминая линии, черты. – Я б ещё… по чайку.
– Мы вместе пили чай, вы слушали меня, – Тэн будто невзначай коснулась его руки. – Благодарю вас, Перо. Тяжело скрывать своих призраков, не имея права рассказать о них.
– Это точно, – отозвался он тихо, перехватив её взгляд. Тэн снова разглядывала его ладони. Он почему-то понял, что пора уходить. Поднялся, всё ещё как во сне, закинул непослушными пальцами на плечо ремень сумки.
– Желаю вам тихой ночи, Перо, – негромко сказала Накамура ему вслед.
Арсений медленно плёлся до своей комнаты по притихшему особняку; только в районе гостиной гремели поздние проходильщики, один из них что-то вопил насчёт мышеловки. Сказка потихоньку развеивалась.
Он вспомнил шифры, книги, Джека, Джима, требования Кукловода, свою начатую – как попало от недостатка опыта – картину…
Завтра.
В носоглотке ещё ощущался привкус чая – свежий, терпкий, чистый. Словно он и впрямь надышался воздухом весеннего утра в горах.
Всё будет завтра.
====== 16 ноября ======
Арсений спал. Поверх покрывала, кисточек, проводов, мятых тюбиков (смутно они ощущались спиной), свободно раскинувшись на складках пледа, во всю кровать. С наброшенной толстовкой и тихонько мурлычущим Котом поверх. С полусогнутыми, чуть подрагивающими пальцами, перемазанными засохшей краской и кровью. Приоткрыв губы и изредка невнятно что-то бормоча – при этом ровное глубокое дыхание сбивалось, пару раз даже сорвалось на судорожные вдохи-выдохи, но потом снова успокаивалось.
– Арсень!..
Хлопнула дверь.
Он вздрогнул, с тяжёлым всхрапом втягивая воздух. Подскочил на кровати, ошалело оглядываясь. Согнанный Кот тут же шмыгнул под кровать.
– Не думал, что спишь, – Джек, сообразив, что помощник проснулся, плюхнулся на кровать рядом. Даже не шмыгнул, хлюпнул носом. – Тут такое дело… срочно нужен рулон обоев.
– Ну и скотина ты… – прошептал Арсений, заваливаясь с закрытыми глазами обратно на подушку. Повёл рукой по лицу, задержав ладонь на нижней части. – Хоть вламывайся потише, что ли…
– Ну блин… Да это… короче, ладно, не буду в следующий раз. Так встаёшь?
Арсений приоткрыл веки, взглянул на подпольщика. Взлохмаченный, озадаченный, хмурится. На губах и подбородке – следы плохо стёртой крови.
– Где умудрился? – Арсений приподнялся на локте, всё ещё сонно хмурясь.
– Да, там… – снова хлюпанье. – В гостиной. Полез за стол, решил, что за край камина ухватиться будет самое оно. Рука сорвалась, носом в стенку, стандартная схема. Теперь кровь только заклеивать. Ну так что?
– Пойдём.
В этот час дом ещё спал; за окнами – темень, в коридорах тишина. Арсений выторговал себе пять минут – на то, чтобы сходить облиться холодной водой. А док был прав, мало того, что просыпаешься сразу, так ещё и вроде как полезно.
Когда он, проснувшийся и посвежевший, вошёл в гостиную, Джек был уже там. Сидел перед камином и грел руки, держа их над мерцающими углями. На звук шагов обернулся.
– И как вы это с братом в такую холодину ещё и холодной водой… – он поёжился. Вообще вот так, сжавшись у камина, Джек казался подростком. Невольно вспомнилось, как он вёл себя на собраниях фракции.
А видели бы вы вашего лидера теперь
– Я Джиму проспорил, что буду так делать, – полусоврал Арсений. – Показывай своё кровавое художество.
След и впрямь был знатный – широкая полоса, рядом ещё и брызги. Арсений тихонько присвистнул.
Это надо быть Джеком, чтобы так вляпаться. Ну как, вот просто – как умудрился?!
– Да, Дженни этого лучше не видеть. В прихожей вроде рулон валялся, пойду поищу.
– Я с тобой, так-то, – Джек резво поднялся, поправляя ремень сумки. – Просто вдвоём больше шансов найти рулон до того, как кто-нибудь проснётся.
Они прошли по коридору, светя фонариками под ноги – недавно некая группа неизвестных повадилась выкидывать в коридор разный мусор вроде сломанных инструментов или обрывков бумаги, и в темноте приходилось ходить вдвое осторожней. Нарушителей поймать так и не удалось.
На нижней ступени лестницы маячил туман. В перекрестившемся свете фонариков белый сгусток перетекал, фантастическими клубами меняя форму, но в целом в нём угадывался силуэт человека.
– Кукловод, не смешно, – пробормотал Джек, отмахиваясь. Рука прошла сквозь белый туман, и тот отступил в темноту над ступенями, исчезнув. – И так холодно, да ещё и эта дрянь ледяная…
Они вяло проходили испытания, шаря лучами фонариков по стенкам. Арсений один раз высветил исчезающую надпись над шкафом, но говорить ничего не стал. Бухтения подпольщика по поводу фокусов маньяка ему уже хватило.
Арсений размышлял о последней неделе. Всю он носился в поисках книг с шифрами, не спускаясь в подвал. Джек ничего не рассказывал, но по косвенным признакам Арсений понял, что во фракции творится что-то неладное. А потом дом наводнили проходильщики – в каждой комнате торчало по два минимум, что-то искали, набивали сумки. Косились на него, если случалось пересечься, на попытки расспрашивать отмалчивались… Арсений махнул рукой. В конце концов, это их дела, а не его.
