До сумерек собравшиеся в гостиной делали фонарики и снежинки, перекидывались бумажными шариками, кто поромантичнее – развешивали по гостиной и в коридоре омелу. Арсения, как самого активного, девушки отправили за новой порцией плюща, каштанов и омелы, даже снабдив корзинкой для сбора. От нечего делать он дёрнул с собой и Джека – а то лидер уже весь извёлся.
Во внутреннем дворе было зябко. В воротах, запутавшись в чугунной решётке, тихо насвистывал ледяной сквозняк, небольшой заморозок покрыл камни, землю, сухую траву, деревья и кусты тонким слоем инея. Тяжёлые чёрные завитки из чугуна, поддерживающие навес над крыльцом, были тонко запылены изморозью. Из-за низко опустившихся серых туч небо, казалось, нависло прямо над крышей особняка; ещё не начало темнеть, и потому свет из заколоченных окон казался блёклым, далёким, и быстро рассеивался, словно во дворе действовала таинственная злая магия. С тёмных туч сыпал крупяной снежок, оседая крапчатым, как из распылителя, слоем на чёрном камне старых стен и жёстких тёмно-зелёных листьях плюща. Тихо шумела вода в фонтане, серебристо-свинцовые капли тяжело шлёпались о дно каменной чаши и, не задерживаясь, утекали в решётку под центральной розеткой.
– Давай уже, быстрей дербань эту свою омелу, – Джек, приплясывая на месте, потёр ладони друг об дружку и злобно покосился на куст-паразит. – Холодно…
– Терпи. – Арсений перехватил пучок жёстких листьев и белых ягод, обвивших ветку дуба, резанул ножом по тоненьким веточкам. Получившийся пучок отправился в корзину. – И не сверли ты яростным взглядом бедное растение, а то оно пеплом осыплется. Оставишь кучу людей без поцелуев.
– Тебя, пожалуй, оставишь. – Джек шмыгнул носом, оглядев двор. – Было дело, с год назад Эжени увлеклась английскими традициями. Знаешь же эту ерунду, про омелу?
– Только то, что под ней лижутся на счастье.
– Не на счастье, а… Вроде как одна из примет – поцеловавшаяся парочка точно будет весь следующий год вместе. Хрень, но ей понравилось. Ну и затащила меня под эту самую омелу…
– И что?
– И ничего. Через два месяца я тут оказался и до сих пор кукую. О, ты смотри, всё общипал. На дерево придётся лезть, – крыс явно решил перевести тему. – Щас эту партию срежешь, а дальше только выше.
Он подобрал с земли нерасщёлкнутый каштан – во дворе их валялась куча, нападавших с двух деревьев. Отбежал на середину двора, прищурился, размахнулся и сильным резким посылом швырнул орех на крышу. Вверху раздалось истошное карканье, тяжело захлопали крылья потревоженной птицы.
– Прямое попадание, – сообщил довольно. – Аж теплее стало.
– Это твою чёрную душонку греет боль и горе несчастной птички, – хмыкнул Арсений, сбрасывая последний пучок омелы в корзину. – Может, плюща пока надергаешь?
– Ладно уж…
Арсений с некоторым трудом – кора тоже была покрыта скользким слоем инея – влез на дуб. Здоровенный пучок, почти шар, омелы рос метрах в трёх над землёй, примостившись в середине не самой толстой ветви. Пришлось распластаться на этой ветке, зажав нож в зубах, и медленно ползти к цели.
– Эрсей, слезай. – Внизу Джек, надравший плюща, затолкал клубок листьев в корзину. – Обойдутся без своей омелы, и так её уже во всех углах развешали.
Арсений, как раз доползший в зону досягаемости куста, крепче обхватил ветку коленями и принялся срезать тонкие прутики омелы, кидая их вниз.
– Э, а ты как раз под омелой, – подначил лидера. – Хочешь, спущусь и поцелую? И мы весь следующий год не расстанемся.
– Я тебя щас сам спущу. Экспрессом, – Джек продемонстрировал ему несколько подобранных с земли каштанов.
– Ого, какой нетерпеливый!
– Помнится, тебя там вчера призрак недодушил? Ну так я загадаю, чтоб этой новогодней ночью он вернулся и доделал своё дело…
– Если не хочешь прийти ко мне в объятия через две секунды, злюка, советую отойти от дерева. Вместе с корзинкой. – Арсений сбросил последний клок омелы, вернул нож в карман и слегка ослабил объятия на ветке, позволив себе перевернуться и оказаться спиной вниз, как ленивец… или связанная людоедами жертва на палке над костром. Усмехнувшись пришедшей ассоциации, он разжал ноги, повиснув, потом отпустил ветку, спрыгнув на землю.
– Ну что, каштанов ты набрал, плющ тоже есть, – Арсений присел на корточки и опёрся ладонями на инистую траву, разгружая ступни после соприкосновения с землёй. – Миссия выполнена.
Когда он собрал оставшиеся веточки омелы, Джек от входа на всякий случай погрозил ему кулаком.
Ну и правильно. С меня вполне станется подбежать с пучком омелы и полезть целоваться, держа её над головой. Я, правда, для этого вообще не пьяный, но всё-таки…
В сумерках в гостиной включили гирлянду на ёлке, зажгли свечи. С кухни в приоткрытую дверь тянуло тёплыми запахами корицы, гвоздики, миндаля и выпечки. Несколько последовательниц, кружком собравшись у растопленного камина, сочиняли и записывали пожелания на листочках, потом переключились на придумывание фантов. Арсений перехватил хитроватый взгляд Лайзы и подумал, что на лёгкие задания рассчитывать не придётся.
