– С такими взглядами на хороших и милых людей ты с ним подружишься, – подпольщик ёрзал на кровати, сгоняя своим задом ноги Джека куда-то к краю. – Будете сидеть и проклинать человечество одинокими зимними вечерами.
– Против человечества ничего не имею, – брат язвил, – человечество, к твоему сведению, сложные механизмы умеет изобретать. А вот таких безруких…
– А вы знаете, какое сегодня число? – Джима их диалог забавлял, но они же так до второго пришествия бурчать могут.
– Это такое число, в которое я понял, что мой зам – идиот! – Джек ткнул пальцем в сторону предполагаемого местоположения Арсеня.
– Число не знаю, но сёдня утром с кухни пахло сосисками, так что определённо хорошее… – внезапно погрустневший Арсень приподнял с пола синенький проводок, посмотрел на него и отложил на стул. – Джим, твой брат на меня обзывается. Нехорошими разными словами.
– А ты весь такой невинный пацифист, – Джим, как бы соглашаясь, покивал головой. – Соболезную. В общем, сегодня – тринадцатое февраля. И наши дамы заперлись на кухне, Джим, кстати, с ними, и буянят. Шоколадом пахнут за версту.
– Э-э?.. Кому-то ещё нужна эта сопливая хрень? – Джек скривился.
– А если не думать о сердечках и подумать, сколько бесплатного шоколада может достаться на халяву?.. – Арсень с ногами забрался на кровать зашипевшего Джека. – Джек, а Джек, шоколадки любишь?
– А кто сказал, что тебе хоть одна достанется, а? – фыркнул тот, пытаясь спихнуть зама ногой. Получалось слабо, но младший не сдавался.
– Ну смотри, от Дженни нам с тобой по-любому перепадёт, да? – Арсень упорно не спихивался.
– Джеку ничего не перепадёт, – Джим, не терпящим возражений тоном, рыкнул и дал Арсеню-подстрекателю подзатыльник. Тот показал ему язык. – У него диета. Или ты, Арсень, хочешь ему ещё и к тазику перегибаться помогать?
– Я очень люблю тазики! – взвыл тот, потирая затылок. И, уже тише в сторону Джека, – ничё, я для тебя шоколадку припрячу, не беспокойся… а вот как этот шоколадковый узурпатор уйдёт… Ай, за что?! – новоприлетевший подзатыльник подпольщику явно не понравился, – я за то, чтоб люди и шоколад были счастливы друг с другом!
– Молчи уже, Санта Клаус. Не обыскивать же тебя на входе и выходе.
Джим ворчал, но всё равно улыбался. Наблюдать за перепалками младшего и Арсеня можно было бесконечно. Как за текущей водой. Джек даже начал походить на себя, а не на свою бледную и обиженную тень.
Это многого стоило.
Джим нащупал на одеяле – подальше от ног Джека – руку Арсеня и слегка пожал её.
Арсень покосился на него, но ничего не сказал. Хотя, судя по хитроватой ухмылочке, он точно вспомнил ночь. Точнее, утро.
– Да, Джим, кстати, если тебе интересно, у тебя в комнате, на тумбочке, рисунок один… Под другими, но он самый большой, не спутаешь. Мне кажется, тебе понравится.
– Так, Перо, хватит уже со своими рисуночками, надо пульт собирать, – Джек пихнул Арсеня в бок. – Ты батарейку нашёл или нет?
И, совсем тихо:
– Шоколадку, значит, спрячем…
Джиму захотелось слегка так стукнуться головой о стену.
Они издеваются или правда думают, что я не слышу?
– Джек, замолчи. Я шоколадок не разрешал.
И, не слушая их разобиженное ворчание – вернее, брата ворчание, Арсень накидывал варианты, как обойти контроль, – встал, подгрёб притащенные таблетки и отправился к себе.
Если Арсень сказал про рисунок, значит, там и вправду что-то интересное.
Уже в своей комнате через несколько минут он, не веря глазам, третий раз читал подпись на рисунке.
– John Fall… John Fall…
Мечта сбылась. Не совсем вовремя, конечно, но всё же – сбылась. Арсень, как любила говаривать Дженни, в очередной раз прикатил луну.
Как по заказу: стиль слегка набросковый, надпись выведена размашисто – не как в записке, которую Джон подбрасывал новоприбывшим, не выверенным каллиграфическим почерком, а вдохновенно, с длинными, буквально летящими хвостиками «J» и «F».
А он, как ни крути, себя любит, – пронеслось в голове, – вон как расписался…
Юнга почитать
И может в библиотеке есть что
И Лайзу спросить она с художниками дело имела
Потом.
Когда Джек встанет на ноги.
Всё ещё улыбаясь, Джим запрятал рисунок в свою тумбочку. Не хотелось, чтобы такое сокровище лежало на виду. Да и Алиса если узнает – с печенью вырвет.
Луну прикатил…
На сегодня – лаборатория, ещё пара приёмов. И если вечером будет время, Джим обязательно поразглядывает рисунок.
А если не будет – просто посмотрит.
– Говорю тебе, это необходимо. – Небольшая фигурка Райана на мониторе склонилась к клавиатуре. Даже сейчас, во время напряжённого разговора, Дракон работал. – Ты его недооцениваешь. Мы с Исами с ним жили и воевали, знаем, на что способен.
Джон слегка качает головой.
Утро – уже второе подряд началось с того, что чердачный гений потребовал его внимания. Разговор привычный – Райан доказывает, что необходимо установить систему наблюдения в закрытой части дома.
А Джон не хочет. Закрытая часть дома – то место, где он хоть изредка чувствует себя не в тюрьме. В тюрьме тоже камеры стояли везде, даже в общем душе.
Резонная необходимость, только ничего эти камеры не меняли.
