Однако, не привычное Вестминстерское аббатство, Бруклинский мост или Трафальгарская площадь, и даже не королевский универмаг на Бонд-стрит, а просто вид города через Темзу. Поздние сумерки, зажигающиеся на той стороне огни, край моста – Софи не могла сказать, что это за мост, наверно, не самый известный. В чугунных цепях влажно блестят отсветы фонарей, они же дробятся, мерцают на чёрной ледяной воде. Вода неспокойна, ветер. Небо не серое, а словно… поверх серости его покрывает лёгкая плёнка розоватой, с лёгким сиреневым оттенком, изморози. Дождь и ветер ощутимы настолько, что чудится – вот-вот разошедшаяся ветром волна плеснёт на берег и обдаст тебя мелкой сетью холодных брызг…
У сердца ёкнуло. Она помнила эту фотографию.
Саймил по приглашению одного издательства выполнял заказ на серию открыток с видами Лондона.
Софи едва не выронила открытку, торопливо перевернула её на другую сторону.
На обороте изящным, – чужим – почти каллиграфическим почерком несколько строк.
28 сентября, Вичбридж.
Лучше Вам приехать не одной.
Открытка выпала из разжавшихся пальцев. Под грохот дробящейся о ванну воды Софи медленно закрыла лицо ладонями.
====== Граница ======
Мать твою, опять я умер.
Мысль была меланхоличной. Вокруг осыпалось облако пепла. Сквозь него Арсений заметил Аластриону. Дева колыхалась у тусклой стены (ранее там обретался холодильник, а теперь зияли кривые дыры отвалившейся штукатурки).
– Холодный человек каждый раз умирает, чтобы пройти сквозь проклятие к дням, когда оно ослабело. Но тьма вне времени, как и души в Сиде. А по проклятию нанёс удар ты.
– Я? – Арсений только сейчас сообразил, что лежит на спине, на полу. Да ещё и в чём-то липком. Но подниматься совершенно не хотелось. – Я ж, как ни крути, убийца. А разве в сказках злые чары побеждает не добрый, милый и до задницы симпатичный главгерой?
Дева опустилась рядом с ним на колени. Призрачное платье не шуршало о пол, хотя должно было.
– Не трать силы, горячий. Это и не победа, лишь начало битвы. Но тем, кто пойдёт за тобой, будет легче. Тяжелей всего нанести первую рану, когда враг ещё силён и уверен в своём могуществе.
– Я чего-то не понимаю…
Дева приложила к его губам ледяную ладонь. Жест был символический – они говорили на языке мёртвых, не размыкая губ. Но Арсений умолк. За спиной знахарки из ничего соткался Леонард, скользнул ближе. Вдвоём с Девой они вцепились в Перо. Крепко, надо признать. В реальности синяки бы остались.
– На тебе останется много швов, – услышал он шелестящую мысль Аластрионы. – Ты – словно ветхая ткань плаща, которую зашивают умелые руки. А я только и смогла, что залечить несколько шрамов на твоих ладонях. – Она покачала головой и с горькой иронией добавила: – любимица фейри.
====== La perfide Albion ======
Сказал бы кто, что она, леди Блэкхэм, просто так поверит незнакомцу с лестничного пролета. Что впустит в квартиру, выслушает его россказни о Саймиле, а после согласится с ним же поехать к лорду Фоллу… Может, она просто слишком устала от всего свалившегося?
Но сейчас она ехала в чёрном джипе мистера Файрвуда, смотрела, как капли дождя оставляют с той стороны стекла неровные дорожки, и лишь искоса позволяла своему взгляду остановиться на невозмутимом силуэте ведущего машину мужчины.
– И что помешает вам отвезти меня к себе, связать и начать шантажировать мою семью? – спросила зло, но это скорее от отчаяния. Она же рехнулась, точно рехнулась. Какая временная петля, какое проклятье?
Но это определённо был Джеймс Файрвуд, одна из жертв Кукловода десятилетней давности. И вряд ли маньяк смог бы позвонить лорду Фоллу и запросто договориться о встрече.
Хотя, гипотетически, тот тоже мог оказаться маньяком.
Это в любом случае полезно. Я и сама собиралась встретиться с Фоллом.
– Ничего, – мягкий и спокойный голос Файрвуда. Он даже не обернулся в её сторону, только улыбнулся слегка. – Вам придётся довериться мне, леди. Но вы и так это сделали, не правда ли?
– Пожалуй.
Пальцы, стянутые тонкими перчатками, слегка сжали ремешок сумочки. Нервы ни к чёрту, самочувствие ужасное, с утра мутит и кружится голова. Ей бы сейчас из дома не выходить – как раз получила заказ на достаточно легкую картину, – да ещё и с учётом недавно открывшихся обстоятельств.
Но Саймила было необходимо найти, и как можно быстрее. И наличие заинтересованного союзника в этом деле совсем не помешало бы.
Красивая темноволосая женщина заправила за ухо выбившуюся волнистую прядь. Джим наблюдал за ней боковым зрением. Основное внимание – на дорогу. Хорошее время, ночью на трассах M6 и М40 пробок обычно не бывает, можно добраться до Ливерпуля, где обосновался Фолл, часа за три хорошей езды. Плохой – четыре.
