– Полагаю, о своём решении лорд Фолл сообщит мне письменно.
Софи отставила непочатую чашку чая, медленно поднялась из-за стола. Весь её вид выражал бесконечное желание оказаться в тихом месте, желательно, наедине с удобной кроватью.
– Я буду ждать звонка Райана, – ответствовал Джон, вернувшись к окну. У него не было ни малейшего желания наблюдать, как получивший своё Файрвуд покидает его дом. – Джим, я всё же советую рассказать леди, что для тебя значит Арсень. Если уж мы решили быть до конца честными.
– Это вы решили, я никому ничего не обещал, – Джим уже шуршал пальто, принесённым услужливым Калхоуном, – но и скрывать я не собирался.
– Вот и расскажи. Может, я не хочу, чтобы ты врал моей гипотетически будущей жене.
В ладони привычно легла кожаная поверхность руля. Поворачивая ключ, Джим слегка выдохнул, готовясь объясняться. Софи сидела рядом, прямая, будто бы невозмутимая, но её внимательный взгляд ощущался кожей.
Вот зачем тебе правда, а?
Пока машина тихонько тарахтела, не трогаясь с места, Файрвуд привычным движением потёр переносицу. Успокоиться определённо не помешало бы. Скорый звонок Райана, операция по прибытии; Арсень, конечно, назвал точную дату и время, но он же мог ошибиться. Приходилось делать скидку на это, планировать действия, ориентируясь на разброс до полусуток.
– Я, – он выделил голосом это слово, – ничего не обещал вам, леди, – произнёс, и мягко нажал педаль газа. – И не буду. Но кое-что расскажу.
– Я имею право… – начала она, но Джим с усмешкой перебил:
– Нет. Не имеете. Никакого. Это касается только меня и его. И то, что я делаю, я делаю не для вас, а для Арсеня. Перестаньте воспринимать это как должное.
Джим выждал минуту, чтоб дать ей переварить информацию – да и самому требовалось собраться с мыслями.
Узкая полоска воды скрылась за линией дорожной насыпи, а та, в свою очередь, перешла в придорожную зелень, кое-где уже взбрызнутую осенней желтизной.
– Мы познакомились одиннадцать лет назад, как раз, когда я был в особняке. – В голове сама собой возникла картина: он ругается с братом, и в гостиную заходит длинный белобрысый новичок. – Сначала подружились. Потом стали спать. В итоге это переросло в то, что вы видите, – не отпуская руля, он слегка растопырил пальцы. – Я жду его десять лет, пока разомкнётся эта чёртова петля.
– Любите? – Её голос был тих.
Джим кивнул.
– Люблю. Я, знаете ли, слишком много времени прождал, чтоб вдруг решить, что не люблю. Глупо получится.
– И я его люблю, – почти с вызовом.
– Он вас тоже любит.
– А вас?
– И меня.
Пауза. Только урчание мотора.
– Я запуталась, – призналась Софи.
– А я вот как-то привык. Да вы не насилуйте себя, – обернулся, слегка дёрнув уголком губ. Нервы шалили. – Дайте время, информация сама переварится.
– У меня ребёнок от него будет! – выкрикнула Софи с бессильной злостью. Руки – снова в тонких перчатках, уже других, – сжались до скрипа блестящей кожи.
– Ну и замечательно. Думаю, он будет хорошим отцом.
Женщина на соседнем кресле опустила голову и закрыла глаза. Джим с тихим вздохом сбросил скорость, вырулил на обочину и остановил машину.
Сама по себе Софи была ему почти безразлична. Благодарность за спокойный год жизни возлюбленного, забота о его будущем ребёнке и немного уважения – не более. Но сейчас она, как ни крути, была пациенткой. Поэтому он отстегнул ремень безопасности и повернулся к ней.
– Софи, понимаю, вам тяжело. Семья, загубленная репутация, ничтожные шансы на восстановление доброго имени в браке, беременность, и ко всему этому – пропажа Арсения. Я тоже многое пережил. Но, поверьте, беспокоиться не о чём. Джон, получив согласие Арсения, вам не откажет – он почти готов согласиться. А Арсений согласен будет, его не волнуют формальности, главное – чтоб хорошо было ребёнку. Ваша семья после скандального романа с русским будет счастлива принять брак с Джоном…
Сейчас было очень важно говорить. Вытащить словами страхи женщины, наобещать с три короба – его слова, хоть и правдивые, сейчас были только обещаниями. Но ей должно было полегчать. Либо она разозлилась бы на него, а простая и понятная злость – это проще.
– Я верю, – тихо-тихо призналась она. – Верю. Вы говорите странную чушь, и сейчас, и в целом… история эта. Верю. Не знаю, почему.
– Потому что хотите верить. Ну и я умею произвести хорошее впечатление.
Пристегнувшись, Джим снова тронулся.
– И раз уж вы мне поверили, мне придётся дать вам некоторые инструкции. А вам – выполнить, не задавая вопросов. Если вас кто-то спросит, мы с Райаном – давние друзья Арсеня, и…
Лондон встретил их туманом. Машина вошла в белёсую дымку, протолкалась в ней до нужной улицы и выплюнула из себя двух изнервничавшихся и уставших от дороги людей. Джим проводил Софи до её квартиры – всё равно по пути, и поднялся к себе.
Пить кофе было нельзя. Встретить вызов нужно было в максимально физиологически естественном состоянии. Поспать он худо-бедно поспал, глаза не слипаются, с этим порядок.
Кофе всё равно хотелось. Или не кофе, но хотя бы покурить.
