Там же. Перевод взят с сайта http://www.megalyrics.ru/lyric/the-prodigy/babys-got-a-temper.htm#ixzz44J6cNslI
****В.Маяковский “Облако в штанах”
*****Attacus atlas, бабочка с размахом крыльев до 26 см. Её гусеницы производят самый дорогой в мире шёлк. То, что Арсень её вспомнил – ещё один показатель раздрая и хаоса, творящегося в этой лохматой голове.
******Автор не удержался:) Пусть в мире фика игра будет по реальным событиям.
*******”Фантом” Питера Лика – самая дорогая фотография в мире. Оценивается в $6,5млн.
====== Ступени в темноте ======
Арсений одёрнул кожаную куртку. Отвык от нормальной одежды за месяц с лишним валяния по больницам. Вот и джинсы – с кучей карманов, вроде как он любит, и футболка, и куртка эта… Да даже кроссовки – всё какое-то непривычное. Непривычны собственные собранные в хвост отросшие волосы. Непривычны Джим и Фолл, стоящие по обе стороны от него, оба в чёрных длинных пальто.
Позади (почти бесшумно, надо отдать должное) толпился любопытствующий персонал больницы, впереди, отделённая только дверью – толпа папарацци. Впервые в жизни Самойлова слегка затошнило от мыслей о фотоаппаратных вспышках.
Через всё это надо было пробраться к машине.
Джон протянул ему чёрные очки.
– Готов? – поинтересовался, снова поворачиваясь к двери.
Арсений напялил очки, поправил на плече широкую лямку рюкзака.
– Я крут, – выдал, иронически-пародийным жестом двух пальцев поправляя очки на переносице. – Джим, зацени, я как хренов спецагент.
– Я тоже, – Джим с каменной физиономией картинно поднял воротник. – Джон только выбивается.
– Выбиваюсь? – Джон приподнял брови, и тот кивнул:
– Да. Ростом не вышел.
– Хм… Не ожидал от тебя, Файрвуд. Идёмте.
Он толкнул дверь ладонью. Арсений поднял воротник повыше. Шумящая толпа хлынула на них со всех сторон. Джон поймал его руку и буксировал за собой, заслоняясь ладонью от вспышек.
– Что вы намерены…
– Прокомментируйте…
Арсений почувствовал, что Джон толкает его вперёд, и увидел за краем толпы оцепление охранников. Они стояли вокруг джипа Фолла, и за пределы кольца соваться никто не решался. Закрываясь воротником и пригибаясь, как от ветра, Арсений кое-как проложил дорогу в толпе. Охранники молча пропустили его к автомобилю, даже дверь открыли. Самойлов с облегчением нырнул внутрь, на переднее залез Джим. Дверца захлопнулось, тонированное стекло отрезало уличный шум и ослепительные вспышки фотокамер.
– Добрый день, – поприветствовала их Софи. Сегодня она была в тёмно-синем пальто и с высокой причёской, которая так ей шла. В ушах поблёскивали синими камнями маленькие серьги. Арсений улыбнулся, снимая очки, перевёл дух.
– Прорвались.
– Джон намерен сразу сказать прессе, что собирается вернуться в особняк на холме, дабы предотвратить дальнейшие преступления на территории своих владений, – поведала Софи, слегка пожав его руку. – Так что наши визиты туда не будут выглядеть чем-то странным – мы осматриваем дом, в котором после ремонта будем жить.
– Они не знают?.. – Арсений кивнул на окно.
– Что я здесь? – она усмехнулась, опустив ресницы. – Нет. Об этом никто не знает. Я захотела проводить тебя вместе со всеми.
Рука в тонкой чёрной перчатке покинула его руку, и Арсений стоически шмыгнул носом.
Дверь со стороны водительского сидения распахнулась, в машину торопливо забрался Фолл. Выглядел он слегка встрёпанным.
– Гиены, – вышипел сквозь зубы, захлопывая дверь и поворачивая ключ зажигания. – Арсень, я сказал, что ты уезжаешь из города. Искать некоторое время точно не будут.
– Будут, – уверенно возразил Самойлов, стянув со спины рюкзак. – Ты их недооцениваешь.
– Дооценивает, – Джим слегка обернулся. Спокойный, слегка прищуренный. – Джон по твоему предполагаемому маршруту пустит твоего двойника.
– Я, вообще-то, уже знаю, – Арсений со вздохом откинулся на спинку сидения. – Чувак два месяца проживёт в санатории на халяву. И нихрена он не мой двойник. От меня у него только имя в документах.
– Ну, рост, телосложение, волосы похожи… – Джим на мгновение сильно зажмурился, поморгал. – Вспышки совсем ослепили, чтоб их.
– Какая разница, – холодно заметила Софи, глядя в окно. – Главное, чтобы твоё отсутствие не бросалось в глаза.
Арсений приготовился дремать – дорога неблизкая; из города, потом пересадка в другую машину, крюк, а там – до Вичбриджа…
Джип мягко выехал с больничной парковки, потянулась серая улица. О стекло наискось чиркали капли дождя. Ладонь Софи как бы невзначай снова накрыла его руку.
– Я достану любого, кто посмеет причинить тебе вред, – сказала, по-прежнему не оборачиваясь. – Саймил, как ты сейчас?
Арсений скосил глаза на длинный волнистый джимов хвост, виднеющийся из-за спинки переднего сидения.
– Как-как, – выдохнул тихо. – Спать хочу.
К особняку подъехали в сумерках. Дождь продолжал сыпаться на землю, низкие тучи бороздили высокую крышу. Чернели зевы покинутых окон, в тёмно-сизых сумерках, сгустившихся под деревьями, притаились комки тумана. Деревья разрослись, их было больше, чем он помнил. Ветки дотягивались до третьего этажа, а кое-где и вовсе скрывали особняк из виду.
