Так, прекращай про еду. Не то будешь грызть ножку стола.
– Серная кислота малолетуча, но перестраховаться не мешает. – Голос Джима из-за повязки прозвучал невнятно. Он обматывал вазу с кислотой полотенцем. – Кроме того, пока неясно, как именно мы будем лить её на клетку. Тут мало, а результат нужен быстрый.
– Джек придумает что-нибудь.
Арсений поправил тряпку на своём носу. Надо же, не проснулся, когда Джим её завязывал.
– Тебе фартучка не хватает, – поддел Файрвуда, когда тот, словно коронное блюдо, нёс в варежках кислоту по коридору. – Может, сгонять, пока от кухни далеко не ушли?
– Сгоняй, – слова с трудом различимы, но, кажется, тому тоже весело. – И когда младший меня в фартучке увидит, то станет бесконечно счастлив, мда.
– Стой здесь, – Арсений сунул ему фонарик, сам с запасным метнулся на кухню. Фартуки и у Дженни всегда висели на одном месте. Потому через минуту на Джиме оказался милый зелёненький с красными ягодками. Перо сзади старательно завязал его на бантик.
– Ужасно неудобно, – док приподнял руки с банкой кислоты, чтобы Арсению было удобнее оправлять фартук на нём. – Кто вообще придумал…
– А ты поди ожидал, что я розовенький притащу. Ну, ну, не прав я?
– Розовенький, шёлковенький, да-да…
Джим тяжело вздыхает. Качает головой.
– Всё, я достаточно прекрасен? Можем идти?
– Угу. Но ты, точно тебе говорю, ожидал розовенький, – заявляет Арсений уже на лестнице.
В библиотеке им предстаёт фантасмагоричная картина: Вверху, уже изрядно выше, чем они помнили, клетка, а внизу притащенная стремянка. У подножия её Джон, держит лестницу за две задних ножки для устойчивости, а Рой взгромоздился на четвёртую ступеньку и крепким обхватом удерживает за ноги Джека. Без этой поддержки крыс давно бы грохнулся: он стоял на краешке самой верхней площадки на цыпочках и тянул вверх руку со стаканом, в котором торчала соломинка. Лайза как раз захватила её губами сквозь прутья решётки и жадно зашвыркала водой.
Но по всему было видно, что если Трикстер ещё раз поднимет клетку, то никакие псевдоакробатические поддержки дотянуться до рыжей Джеку уже не помогут.
– Я увёл Кэт к Дженни, – пояснил Джон вошедшим. – Посчитал, ей незачем на это смотреть.
Лайза выпрямилась внутри клетки. Насколько позволял видеть тусклый свет, платье спереди всё было в тёмных кровавых пятнах. Она молчала, просто прижималась изо всех сил к задней стенке и дышала, раскрыв рот.
– Пой, птичка, не умолкай. Разве песня не должна стать прекраснее к рассвету? – прокомментировал Трикстер.
И Лайза запела – хрипло, срываясь. Некоторые слова и вовсе пропадали, но Арсений узнал старенькую песню.
– It must have been love,
But it’s over now…
– Давай там без упаднических настроений и намекающих отсылок! – рявкнул Джек. Спустился со стремянки, шумно выдохнув, обернулся к вошедшим. – Я думал, вы надышались кислотными парами и померли, – сказал, наблюдая, как осторожно его брат ставит на пол. – И мне вечно тут изображать каждые пятнадцать минут пизанскую башню.
– А ничё, что ты нас в свой фундамент записал? – осведомился Рой негромко, но Джек от него только отмахнулся.
– Выпаривание концентрированной кислоты – дело небыстрое, – пояснил Джим. – И я не могу поручиться, что здесь хотя бы восемьдесят процентов.
Младший отмахнулся и от него и принялся перетаскивать стремянку чуть в сторону, чтобы было удобнее.
– Лайза, слышишь? Кислоту уже принесли. Щас мы тебя спустим. – И, тише, – а мне нужна пара книжек потолще, встать на них. И не косись на меня так, Джимми, вандализм во благо.
Лайза не обратила на него внимание. Она вообще ни на что не обращала внимания. Зажмурившись, продолжала петь. Арсений заметил, что грудью девушка навалилась на шипы – мышцы уже не выдерживали держать тело у задней стенки клетки при наклонном поле.
Lay a whisper on my pillow
leave the winter on the ground
I wake up lonely there’s air of silence
in the bedroom and all around
touch me now…
I close my eyes and dream away…
Расставили на полу несколько колб, в каждую из которых Джим с величайшей осторожностью перелил немного кислоты.
– Резиновые перчатки… Ага, вот, – вытащил из сумки пару. – Какая-никакая, защита.
Позади скрежетнула цепь, заставив всех разом обернуться. Джек выругался. Клетка, качаясь, поднялась на пару дюймов выше, заставив девушку навалиться на шипы. Самое страшное – она уже не старалась держаться подальше от них.
– А шипы, к слову, ржавые железные гвозди, – пояснил мимоходом Джон, направляясь к полкам за книгами, которые вовсю требовал Джек.
Собрал штук восемь самых толстых и тяжеленных томов, вернулся и изящным жестом вручил их крысу в руки. Под тяжестью книжек Джека слегка пригнуло к земле.
– Так не интересно, куклы, – объявил Трикстер. – Чуточку повыше?
Клетку дёрнуло ещё раз.
It must have been love
but it’s over now…**
Лайза продолжала петь. Тихо, хрипло, навалившись грудью на шипы.
– Теперь тебе надо четыре книжки вместо двух, – меланхолично хмыкнул Рой. – Но у тебя их восемь, так что всё в порядке.
Джек кое-как допёр книги до лестницы и плюхнул их на верхнюю площадку с явным облегчением.
