– А, доктор, вы ранняя пташка… Доброе утро! Эти галльские петухи не связаны как-то с этими… создателями вируса?
В кабинет Мещерского вошли Бронник с Кремневым, Бронник сказал от двери:
– Вряд ли… Газета сказала то, о чем думают многие. И тем самым привлекает подписчиков.
– Да, – согласился Бондаренко. – Раз уж получилось так удачно…
– Удачно?
– В смысле операция удалась, – уточнил Бондаренко. – А что, не удалось им? Значит, в самом деле могут начать спешно разрабатывать новую гадость…
Все посмотрели на меня, я здесь единственный специалист и по вирусам.
– Или модифицировать этот, – согласился я. – Так даже легче. И быстрее.
Мещерский от своего стола спросил быстро:
– Можно высчитать, против кого может быть направлен удар?
– Чей ген уязвимее, – пояснил я. – Вот русских генетическим оружием уничтожить труднее всего. Сами знаете, сколько в нас намешалось народов, как скифов и киммерийцев, так и древних иудеев, чьи одиннадцать колен Израиля ушли на север, а там исчезли. Но исчезают народы, но не люди, как не исчезли скифы, меря, весь, чудь – они ассимилировались, потеряли язык и культуру, но не гены. А вот курды, к примеру, под угрозой, так как на протяжении веков не только борются за свое государство, но и за чистоту рядов, не давая размыть народ, как добивается Турция…
– А евреи? – спросил Бондаренко.
– Как сказал Генри Форд, – ответил я, – евреи не нация, а организация. Тех древних иудеев практически не осталось, иудеи могут поспорить с русскими, у кого больше намешано чужеродных генов.
Бондаренко поглядывал с легкой насмешкой, видит, как я упрощаю для понимания силовиков сложные понятия, что-то опуская, что-то сглаживая, главное не объяснить, а чтоб отстали с непрофессиональными вопросами и сосредоточились на том, что знают и умеют.
– К делу, – сказал Мещерский и жестом пригласил всех ближе к столу. – Посмотрим, что в мире изменилось за ночь…
На той стороне планеты уже давно день, правительство Мексики и ряда южноамериканских стран успели выступить с предложениями полной и всеобъемлющей помощи в поиске преступников и предотвращения подобных действий.
Французский журнал «Шарли» откликнулся карикатурой, что, дескать, следующими на очереди на уничтожение за темнокожими стоят так называемые бронзовые люди, как именуют себя двадцать миллионов мексиканцев в Штатах, потому вся Южная Америка в панике. Вирус, перебив «бронзовых людей» в Штатах, неизбежно перекинется в страны Южной Америки и там опустошит все регионы.
Резко взлетели цены на бомбоубежища и противоатомные бункеры. В Штатах добропорядочные граждане отдавали бункеры, выстроенные для себя на случай войны, негритянским семьям, если те, конечно, могли заплатить за них пятикратную цену, все равно им деньги, счета и машины не понадобятся, если что пойдет не так…
Несколько сотен строительных фирм, мгновенно перестроившись, начали спешно копать бункеры на большие семьи. Вирус доберется до Штатов не раньше, чем через пару месяцев, а за это время можно всю Америку изрыть такими убежищами с запасами воды и еды на несколько лет.
Ряд политиков выступили с громогласными заявлениями, что отдают свои противоатомные бункеры, где есть запас воды и продуктов на несколько лет, афроамериканцам, а за это время ученые либо найдут противоядие, либо вирус сам мутирует и станет безвредным, а это может случиться, как их уверяют, со дня на день, а в самом худшем случае – через пару недель.
В Лондоне террористы взорвали «грязную бомбу». Пока Мещерский и его трое помощников рассматривали на большом экране картину катастрофы, я с его молчаливого согласия позвонил в Пентагон.
На экране появилось усталое лицо Барбары Баллантэйн, там уже конец рабочего и очень напряженного дня, всмотрелась в меня с изумлением:
– Быстрее, – сказал я настойчиво. – Если в течении четырех дней сумеете нанести ответный удар, я говорю о ядерном, все мировое сообщество вас оправдает! Но уже за семь дней шок начнет спадать, а через две недели правозащитники выйдут на улицы с плакатами, что террористы тоже люди, их нужно уважать и договариваться…
Барбара покачала головой.
– Влад, спасибо за точно выраженное сочувствие. Но вы, русские, переоцениваете наши возможности…
– У вас там рядом военная база!
– Влад, у нас демократия…
– Какая к черту демократия в такое время? – спросил я настойчиво. – Барбара, воспользуйтесь моментом!.. Ракетно-ядерный удар по базам террористов и, как бы вспомогательно, по столицам государств, активно поддерживающих и спонсирующих террор во всем мире. Помните, это надо сделать в течение четырех дней!.. И мир будет спасен.
Она вздохнула.
– Дорогой Влад… Вы правы, мы живем еще по старым правилам, хотя мир уже другой… Такие решения быстро принимаются только в условиях войны! Вы не представляете, через какие заслоны в сенате и конгрессе пришлось бы протаскивать эти решения!.. Недели уйдут, а то и месяцы… Но спасибо, Влад. У нас не такое решительное правительство, как у вас.
Я с разочарованием прервал связь, Мещерский и Бондаренко смотрят с особенным сочувствием, а Кремнев рыкнул:
