В этот момент телефонный аппарат на столе у Валерии пискнул, и Аллочка своим уставшим, но неизменно доброжелательным голосом сказала:
— Иди, тебя зовут.
В кабинет Юлдасова Валерия вошла немножко робко. Она приостановилась в дверях, выжидательно глядя на шефа, но, заметив его дружеский кивок, прошла и села в кресло для посетителей.
— Как дела? — спросил Юлдасов так, будто они были соседями по лестничной площадке.
— Хорошо.
— Как у тебя отношения с Галиной Юрьевной?
Валерия призадумалась. Дело в том, что отношений в последнее время не было никаких. Ее прямая начальница как будто решила не беспокоить своего секретаря и совсем перестала обращаться к ней с поручениями, переключившись на безотказную Аллочку.
— На меня поступили жалобы? — спросила Валерия. — То есть замечания?
— Я задал тебе вопрос.
— Отношения хорошие, но боюсь, что Галина Юрьевна…
— Об этом я не спрашивал.
Валерия проглотила окончание фразы.
— Вот что, Лера, — Юлдасов встал и заходил по кабинету.
Он ходил крупными шагами, слегка раскачиваясь, между диваном, овальным столиком на изогнутых ножках и обратно, возвращаясь к рабочему столу. Валерии подумалось, что он похож на заключенного в камере, только очень дорого обставленной.
— Я не спрашиваю тебя, существует ли один человек на самом деле. Но я хочу спросить, что он думает о вере.
— Вы имеете в виду…
— Я имею в виду обычную человеческую веру. Как верят люди, понимаешь?
— Понимаю.
— Я не знаю, откуда ты что берешь, но если у тебя есть что ответить, отвечай.
— Вы как-то так расплывчато…
— Хорошо, я постараюсь конкретнее. Человек верит. Он верит во что-то… Не важно во что.
— В бога?
— Допустим. Он верит в бога, он молится, просит себе благ. Или защиты. Или защиты, — для чего-то повторил Юлдасов. — И эта защита приходит.
— Не совсем понимаю.
— Не перебивай. Защита приходит, — он заходил более нервно, и Валерия видела, как на ходу он изо всех сил стискивает в руке авторучку, то нажимая, то отпуская кнопочку на колпачке. — Защита приходит, но для того, чтобы она пришла, необходимо исполнить ритуал. Ну, молитву или что-то в этом роде. Человек молится, бог помогает, несчастья отступают. Ты следишь за мыслью?
— Слежу, — ответила Валерия, хоть последнюю минуту она следила не за мыслью, а только за авторучкой.
— Несчастья отступают. Но представь, что при этом человек в бога не верит. — Юлдасов остановился и пронзительно посмотрел ей в глаза.
— Не верит, я поняла.
— Ничего ты не поняла. Кто же ему помогает, раз он не верит?
— А кому же он перед этим молился? — обескуражено спросила Валерия.
— Кому, кому — раздраженно повторил Юлдасов и снова заходил по кругу. — Не важно кому! Звездочке, месяцу, солнышку. Вот этой ручке он молился, — он поднял авторучку на вытянутой руке. — А оно помогло. Что это?
— То есть вы хотите спросить, ЧТО ему помогло?
— Ты удивительно понятлива сегодня.
Валерия смотрела на Юлдасова во все глаза. Мало того, что босс ее пустился в такие длинные объяснения, но он еще и язвил.
— Вас что-то беспокоит, Сергей Вадимович? — спросила она.
— Тебе понятен мой вопрос?
— Нет, я так и не поняла вашего вопроса.
— Повторяю: почему ЧТО-ТО помогает человеку, если он в него не верит?
— Что-то — это вы имеете в виду…
— Ну да! Бог там, или что другое!
Таким своего босса Валерия еще не видела.
— Я подумаю. Я спрошу, — поправилась она. — Я, правда, сейчас с ним не общаюсь.
— Почему?
— Он болен. Я уже говорила. Впрочем… сегодня я как раз собираюсь…
— Мне бы поскорей, Лера.
Юлдасов стоял примерно в метре от нее, но неожиданно взгляд его стал очень близким. Казалось, он забрался прямо под черепную коробку Валерии и силился пробороздить новые извилины в ее мозгу.
— Я постараюсь, — пролепетала она. — Но вопрос о вере, это же, как я понимаю, из философских, и…
— Вопрос о вере может иногда стоять очень остро!
— Я поняла вас. Я могу идти?
— Иди, — Юлдасов уселся в свое рабочее кресло. — Нет, постой, — он был чем-то недоволен. — Меня интересует молитва и… заклинания. Все что с ними связано. Как они действуют, почему. И почему перестают действовать. Поняла?
— Поняла, — Валерия повернулась уходить.
— И если оно перестает действовать, то что делать? — встрепенулся он ей вслед.
— Сергей Вадимович…
— Что?
— Может, вам лучше к батюшке?
— Подожди, — Юлдасов саркастически усмехнулся, — до батюшки еще дойдет.
Она вышла. За столом сидела Аллочка, прижимая свои прекрасные пальцы к лицу. При виде Валерии она быстро отерла слезы и устремила покрасневшие глаза на монитор.
***
— Глеб, ты видел женщин в шляпках? — спрашивала Валерия, когда они завернули за угол офиса.
— Видел.
— Они тебе нравятся?
— Мне женщины вообще не нравятся.
— А кто тебе нравится?
— Девушки.
— Ну это одно и то же. Я имею в виду, в принципе, как ты относишься к женщинам или девушкам в шляпках?
— Девушек в шляпках я не видел.
— А хотел бы увидеть?
— Лера, у тебя что-то случилось?
— Нет. Почему ты решил?
— Потому что мы прошли остановку, а ты даже не заметила.
— Я не хочу ехать. Пойдем пешком?
— До самого твоего дома?
— Не знаю. Будем идти, пока не устанем.
