Последнее слово полностью

— Пап, я отвечу на твое письмо, ладно? Спасибо за напоминание.

— Где ты? Почему так шумно?

— Я в поезде.

— Ты не в офисе в будний день? — спрашивает он с большим неодобрением.

Я потираю лоб и закрываю глаза.

— Моя работа иногда предполагает поездки. Я еду в Манчестер, чтобы взять интервью у Макса Шёберга.

— У кого?

— Это шведский актер. Ты смотрел «Голубые огни»?

— У меня нет времени на мыльные оперы, — говорит он пренебрежительно. — Пришли мне подходящие даты, когда найдешь время в своем сумасшедшем графике.

Я прикусываю язык, чтобы не огрызнуться в ответ на его до ужаса язвительный тон.

— Хорошо, пришлю. Кстати, связь может в любой момент прерваться, потому что сигнал в поезде слабый, так что спасибо за звонок, я напишу насчет дат.

Я кладу трубку и, бросив телефон на столик, оседаю на сиденье. Затем пытаюсь сделать глубокий вдох, как мне однажды посоветовал психолог. Я записалась на пару сессий после похода на «требующий большой выдержки» ужин в честь годовщины брака родителей, где они, пересказав своим восторженным друзьям многочисленные достижения Джулиет, лишь невзначай упомянули меня и «мои продолжающиеся эксперименты с карьерой».

Весь вечер со мной никто не разговаривал, я перебрала водки и ушла, не попрощавшись и не дождавшись десерта, зато унесла в сумочке ложку, которую стащила со стола. Наутро я задумалась, почему воспринимаю кражу у собственных родителей как маленькую победу, но уж как есть. Я не смогла этого себе объяснить.

К тому моменту как поезд подъезжает к манчестерскому вокзалу, я успеваю пройтись по вопросам для Макса, подправить макияж и привести себя в порядок — я слегка нервничаю. Не знаю, как все пройдет с Райаном, но мне нужно проявить твердость и сделать так, чтобы интервью вела я, а не он. Я направляюсь к стоянке такси и, сев в машину, отправляю Райану сообщение, что уже еду.

Он отвечает:

Отлично, я как раз приехал, так что до встречи.

Ну конечно, он приехал раньше. Наверняка специально, чтобы оказаться рядом с Максом и к моменту моего появления стать его лучшим другом. Надеюсь, агент Макса, Мэй, не допустит, чтобы что-то происходило без моего присутствия.

Мы добираемся до нужной локации — мощеной дороги под названием Литл-Дэвид-стрит, перекрытой для съемок, — и я замечаю Мэй. Она стоит в углу, прямо за операторами, и разговаривает с Райаном, держащим в руках два стаканчика кофе.

Я инстинктивно хмурюсь.

Райан уже, наверное, рассказывает ей о своем шведском происхождении и пытается подлизаться с помощью вкусного кофе. Надеюсь, Мэй на это не поведется, хотя, судя по тому, как она хлопает ресницами, я уже потеряла союзницу.

Мы с Мэй работали и раньше, и мы хорошо ладим. Она очень умная, классная и модная и всегда выглядит так, будто собирается на эксклюзивную домашнюю вечеринку, которую устраивает какой-нибудь диджей на заброшенном складе в Хакни[19]. Сегодня на ней брюки в черно-белую клетку с высокой талией, свободная белая рубашка с воротником, которую она застегнула на все пуговицы и заправила в брюки, и черные ботильоны на каблуке. Она почти не накрашена, потому что обладает той естественной красотой, о которой такие, как я, могут только мечтать: у нее длинные, темные и невероятно блестящие локоны, поразительно большие темно-карие глаза с невинным взглядом и пухлые губы.

Перекинув сумку через плечо, я решительно направляюсь к ним.

— Харпер, вот и ты! — говорит Мэй, просияв, и целует меня в щеку. — Мы столько не виделись! Как доехала?

— Неплохо, спасибо, — отвечаю я, приклеив улыбку, и приветствую Райана коротким кивком. — Поезд был не так забит, как я думала.

— Отлично. Я тут как раз говорила Райану, что мы, как обычно, чуточку отстаем от графика, так что я не уверена, что вы сможете поговорить с Максом в ближайшее время.

— А я говорил Мэй, что мы с удовольствием подождем столько, сколько нужно, если нас посадят на те классные стулья с надписями «СЦЕНАРИСТ» сзади, — говорит Райан с гораздо большей оживленностью, чем он обычно проявляет в диалогах с незнакомцами.

Меня накрывает непрошеной и беспричинной волной ревности.

Мэй хихикает.

— Посмотрю, что можно сделать. Вы пока подождите здесь, а я пойду уточню.

— Так, ладно, — начинает Райан, как только она торопливо уходит, — что случилось?

— Ничего.

— Я же вижу, что-то случилось.

Я закатываю глаза.

— Давай только без этого бреда про «складку между бровями».

— Дело не только в складке между бровями, Харпер, а во всей твоей ауре. Тебя что-то расстроило утром, и я просто хотел убедиться, что все в порядке, но прости, если лезу не в свое дело. — Он вздыхает и протягивает мне стаканчик с кофе. — Вот… Я взял тебе флэт уайт. Он уже, наверное, остыл, но я подумал, что ты не успеешь зайти за кофе после поезда.

Вот же блин. Обязательно ему быть таким милым, когда я в дурном настроении?! Теперь я чувствую себя плохо, и это все его вина. Как же он меня бесит.

— Спасибо, — говорю я смущенно и беру кофе. — Прости, я не на тебя злюсь.

— В кои-то веки, — дразнит он.

Его комментарий вызывает у меня улыбку.