Поэтому итоги войны на рубеже 232/233 года в Антиохии, куда привезли больного императора, казались не такими уж драматическими. Ситуация казалась поправимой. Было объявлено, что кампания против персов блестяще выиграна, они понесли большие потери и выбиты с римской территории. Доказательства были тут же – разбитые колесницы, захваченные слоны, 10 тысяч комплектов снаряжения клибанариев, какое-то количество пленных персов. Центральная армия Александра в военном отношении показала себя хорошо и персов била, а то, что в ней случилась эпидемия, так на то воля богов. Северная армия Прокулеана тоже воевала удачно, а то, что при отступлении понесла большие потери, так на то тоже воля богов и «генерала Мороза». Ну, а то, что погибла Южная армия, так она была самой маленькой и состояла из худших войск, но погибла доблестно.
Геродиан, который критически оценивает эту кампанию, тем не менее пишет, что «хотя и вышло так, что варвары в целом казались победителями, тем не менее они понесли ничуть не меньшие потери в частых стычках, происходивших и в Мидии, и в сражении в Парфии, где было множество убитых и еще более раненых…при почти одинаковом с обеих сторон числе павших воинов представляется все же, что оставшиеся в живых варвары одержали победу благодаря превосходству в числе, а не своей мощью. Немалое доказательство серьезного урона у варваров вот в чем: года три или четыре они оставались спокойными и не брались за оружие [Геродиан. История. VI, 6].
Макхью заметил, что обычно тщеславные Сасаниды не вырезали никаких рельефов в честь этой предполагаемой победы. С чего бы такая скромность? В отличие от персов, римская пропаганда приветствовала кампанию как великую победу. В Галатии милевые столбы прославляют императора как «Parthico Мах» и «Persico Мах». Другие надписи тоже сообщают о победе римлян, в то время как на монетах указано «Victoria Augusti». В победной надписи хатранцев содержатся слова domita Midia. Видно, что жители Хатры трезво оценивали результаты кампании, опустив поражение Южной римской армии и выпятив успехи Северной.
Монеты конца 233 года несут надпись «Liberalitas» – Щедрость. Бронзовый медальон, изготовленный в то же время, изображает Победу, венчающую императора, который стоит на двух речных богах, вероятно, представляющих Тигр и Евфрат. Это, по-видимому, наводит на мысль, что потери римлян были не так велики, как хотел бы убедить нас Геродиан. Значительное поражение потребовало бы оборонительной стратегии, но, очевидно, император планировал еще раз перейти в наступление. Сами греко-римские историки разделились в своих оценках от полной победы до полного поражения.
По современным оценкам, Персидская война Александра Севера закончилась ничем. Обе стороны потеряли огромное количество людей. Вторгшиеся римские армии нанесли большой ущерб территории Сасанидов, но южное крыло потерпело сокрушительное поражение. Тем не менее, стратегически Римская империя занимала гораздо более сильные позиции в центральной Месопотамии, чем когда-либо, а Хатра представляла угрозу столице Сасанидов Ктесифону. Римская Месопотамия продолжала выступать в качестве оплота жизненно важных сирийских провинций, в то время как Армения, ставшая теперь верным союзником, защищала Каппадокию и Малую Азию. Однако, кампания нанесла смертельный ущерб военному престижу императора. Многие солдаты не могли простить ему того, что, по их мнению, он бросил северную и южную армии на произвол судьбы. Как там точно было дело, мы не знаем, но император, как главнокомандующий, был ответственен за всё. Присутствие его матери только обострило ситуацию. Солдаты потеряли уверенность в военных способностях своего императора и его советников. С этого момента его судьба была предрешена. Точно так же, как нерешительность и огромные потери в битве при Нисибисе привели к падению морального духа и уверенности в Макрине, точно так же было и с Александром Севером. Позднее новости с Рейна только усилили гнев солдат [John S McHugh. Emperor Alexander Severus: Rome's Age of Insurrection, AD 222 to 235 Pen and Sword History 2017. p. 310–311].
Ну, а тогда, быстро выздоровевший в курортных условиях Антиохии Александр сам верил в победные выводы. Он вполне себе собирался продолжить войну с Ардаширом на следующее лето. Европейские войска и фаланга не уходили по домам и не распускались. Основная часть армии расположилась на зимовку в районе Апамеи и Зевгмы, а каппадокийская – в районе Мелитены. Александр возвратил себе расположение воинов, утешив их щедрыми денежными подарками, ибо это он считал единственным средством для приобретения благорасположения солдат. На деле же данный метод мог лишь временно успокоить армию, подлинный авторитет императора рождается военными победами. Победы одерживал Максимин Фракиец, его авторитет среди солдат рос.
