Бай Сюинь подошла ближе и склонилась над телом. Адепты тут же отхлынули, как вода при отливе, и замолчали. Тело принадлежало довольно молодому мужчине, вряд ли он был старше тридцати лет. Его горло было рассечено каким-то острым предметом, но это точно был не меч и не кинжал, судя по краям раны. Бай Сюинь аккуратно опустилась на землю, наклонилась ближе, и в нос с силой ударил гнилостный запах: тело лежало здесь, под палящим солнцем, не меньше двух дней. Но ее зрение было все еще неважным, поэтому ей пришлось приблизиться вплотную, чтобы хорошо все рассмотреть. Она медленно переводила взгляд от шеи с уродливой раной на лицо, покрытое трупными пятнами, а потом на раскинувшиеся руки и ноги. Потом она приподняла задеревеневшие руки и пристально осмотрела пятна грязи и крови на одежде. Оставив тело, Бай Сюинь перевела взгляд на разбитый глиняный горшок, один из осколков которого и послужил причиной смерти этого человека. Она наклонилась к самой земле и тщательно изучила следы на вытоптанной каменистой почве. Все это время двое адептов молча стояли за ее спиной и только когда она поднялась и начала отряхивать пыль с колен, вперили в нее выжидающие взгляды.
– Что госпожа Да думает обо всем этом? – осторожно поинтересовался Фан Бо.
Бай Сюинь внутренне поморщилась от такого обращения, но назваться своим настоящим именем она не могла, а придумывать новое было бы еще подозрительнее.
– Он упал, когда нес горшок с вином и порезал горло одним из черепков. Задел артерию, поэтому быстро истек кровью, – перечисляла она бесстрастно, словно писала отчет об очередном задании. – Тут был еще один человек, он пытался помочь и остановить кровь, но было слишком поздно. В тот день шел дождь.
Бай Сюинь повернулась и пошла к двери дома, а потом с силой постучала в нее, но из дома не раздалось ни звука.
– Я знаю, что вы здесь, выходите! – крикнула Бай Сюинь и снова начала стучать.
Она решила, что если человек в доме не откроет, то она попросит этих двоих выбить дверь. Через пару мгновений в доме что-то зашуршало, а потом дверь едва приоткрылась и в появившуюся щелочку выглянул глаз.
– Выходи, – приказала Бай Сюинь.
Дверь открылась шире и на пороге показалась девушка с обезумевшим взглядом. Ее волосы были взъерошены, словно она пыталась их вырвать, а одежда в полном беспорядке, с пятнами крови и грязи. Она сделала шаг вперед и схватила Бай Сюинь за руки.
– Спасите меня! Спасите! Я не хочу умирать! Оно придет за мной, придет за мной! – по ее щекам потекли слезы, а взгляд стал еще безумнее, она всхлипывала и подвывала, а голос превратился в бормотание. – Оно уже здесь… Оно пришло забрать меня! Я следующая… Я не хочу умирать! Вы должны спасти меня! – выкрикнула девушка Бай Сюинь прямо в лицо, и та почувствовала легкий укол.
Безумная девушка отшатнулась, а потом оттолкнула Бай Сюинь и бросилась к двум адептам, умоляя спасти ее.
Бай Сюинь задумчиво посмотрела на свою руку – на пальце вздувалась алая капля крови. Вот только в руках у той девушки ничего не было и украшений она не носила, так откуда взялась эта крошечная ранка? Боковым зрением Бай Сюинь заметила, как ее собственная тень задрожала, но стоило ей повернуться, как все исчезло. Из-за проблем со зрением она не могла сказать наверняка, показалось ей это или нет. Она поднесла палец ко рту и слизнула кровь, а потом подняла голову к небу и посмотрела на палящее полуденное солнце. Два адепта пытались успокоить безумную, но выходило у них неважно. Бай Сюинь медленно вернулась к своим спутникам.
– Сестрица, мне не нравится это место, – насупился Ли Хун. – Давай поскорее уйдем отсюда.
– Я останусь здесь на несколько дней. Если хотите, можете пойти в следующий город и подождать меня там.
Да Шань прожег ее хмурым взглядом, а потом вздохнул:
– Мы остаемся.
Ли Хун хотел возмутиться, что свое согласие он не давал, но прикусил язык.
– Тогда надо найти пустой дом, – кивнула Бай Сюинь.
Очевидно, что это был не первый труп в этой деревне, раз его оставили жариться на солнце, а не предали огню. А значит, тут должен найтись хоть один свободный от жильцов дом.
Адепты Каменного Окуня напоили безумную девушку каким-то успокаивающим эликсиром и уложили спать в доме, а затем отправились расспрашивать местных жителей. Бай Сюинь и ее спутники довольно быстро нашли пустой дом и заселились в него. На кухне нашлись рис и сушеная рыба, поэтому Бай Сюинь решила приготовить кашу. Не то чтобы она хорошо умела готовить, но ей надо было чем-то занять руки. Она сходила во двор и принесла дров, а потом растопила печь. Разобравшись с огнем, она пересыпала рис в небольшой горшок и, захватив бамбуковое сито, пошла промывать зерна к ручью.
